Киоск историй

– Значит, огромной пятиметровой змеи тебе стало не хватать?

– Ты же прекрасно знаешь, рептилии – моя слабость. Герда получилась замечательной, ты постарался на славу, – Камилла наклонила голову своей любимицы к себе и звонко чмокнула ее в лоб. От этого зрелища Реджу стало не по себе. – Но она – не дракон. Драконы имеют ряд преимуществ перед змеями. Думаю, не нужно говорить каких?

– Хорошо, так и быть, я нарисую тебе дракона, но при одном условии – ты оставишь меня и мою жену в покое, чтобы мы о тебе больше никогда не слышали!

– Жена? Тебя можно поздравить?

– Благодарю, – без эмоций ответил Редж.

– Понятно, – скривилась Камилла, но тут же вернула самообладание и снова улыбнулась. – Что насчет дракона?

– Ты уже слышала мои условия.

– Слышала… Но давай договоримся, ты не будешь ставить мне условия, иначе и я, в свою очередь, выдвину свои, а они тебе ох как не понравятся!

– Ты не можешь вечно…

– Могу! Могу и буду, Реджинальд! Ты разбил мне сердце, и пускай это было давно, рана до сих пор не затянулась, а такое не прощается! Со мной у тебя могло быть все – власть, влияние, горы золота, но ты решил довольствоваться скромной ролью художника и женился на этой своей… Джулии.

Не забывай, это с моей помощью ты сделал себе имя. Ох, Реджинальд, ты еще не знаешь, на что способна женщина с разбитым сердцем. То, что я требую от тебя – это лишь цветочки… Даю тебе неделю и не часом больше на то, чтобы ты нарисовал мне дракона. И не вздумай выкинуть какой-нибудь фокус. На седьмой день ровно в полдень я пришлю своего человека, который доставит тебя вместе с холстом в мой дворец, где ты при мне оживишь моего дракона. Если хоть что-то пойдет не так, ты останешься вдовцом. Тебе все ясно?

Редж до хруста в суставах сжал кулаки, но он был бессилен что-либо сделать. Попытки торговаться могли сделать и без того патовую ситуацию еще хуже.

– Я понял, Камилла… Скажи только… какого ты хочешь дракона?

– Хочу серебряного.

Устрашающего, но при этом не уродливого. Самого большого, какого ты сможешь нарисовать. В остальном, полагаюсь на твой вкус, любимый! – последнее слово она произнесла с особым ударением, в котором Редж услышал нотки обожания и в то же время презрения.

– Будет сделано, – художник, будто покорный слуга, склонил голову.

– Не сомневаюсь.

Громкий хлопок, и Камилла вместе со своей змеей исчезла во вспышке портала.