Всё и много

Пользуясь правом гражданина Черепахи, он подыскал себе достаточно укреплённый домик и некоторое время тихо пропивал честно заработанные кредиты. А когда разврат надоел, он решил взглянуть на свой талисман.

Стрелка показывала куда-то вверх.

И капитан начал собирать свою команду.

Поменяв свой старый потрёпанный кораблик на два приличных малых фрегата, он отправился в путь. Как и в первый раз, Элайкзиндер не имел ни малейшего представления, куда его занесёт.

Ныне команда была предупреждена, что цель полёта является личной тайной капитана, а претензии принимаются только в случае неудачи.

Сейчас целью оказался конвой, сопровождавший шесть только что сошедших с имперской верфи «Больших Кусак», купленных графом Альферанским.

Своих «Кусак» граф так никогда и не увидел… В отличие от Элайкзиндера, решившего после этого нападения собирать собственный флот.

Излишне говорить о триумфе, которым встретила его Черепаха. После этой акции Элайкзиндера стали называть не иначе как Тощий Лаки. Слишком уж сопутствовало ему пиратское счастье.

В течение следующего года Лаки совершил всего три налёта. Всё с тем же блистательным успехом. Эскадра его разрослась до двадцати двух единиц, среди которых были даже два экспериментальных корабля для исследования глубокого Запределья. О его состоянии ходили легенды. Вольные братья круглосуточно осаждали его новую резиденцию в одной из пирамид Центра, стремясь любой ценой устроиться под его командование.

Такие выдающиеся способности не могли остаться без внимания. И в один прекрасный день Лаки был разбужен срочным вызовом к губернатору Черепахи.

Со сна он даже немного испугался – не сделал ли он чего слишком уж дерзкого, что потребовало столь срочной аудиенции. Но через минуту уже пришёл в себя. Вытащил из сверхзащищённого сейфа свой верный талисман и какое-то время соображал, куда он указывает на этот раз.

Вектор упирался в резиденцию губернатора.

Рассудив, что хуже от этого вызова не будет, Тощий направился туда.

Такое предложение требовало вдумчивого подхода. Тощий Лаки выразил губернатору свою полную солидарность и попросил сутки на размышление. После чего вернулся в свои апартаменты.

Думал он недолго. Через два часа по локальной линии связи Лаки сообщил губернатору о своём полном согласии.