Земля и Черепаха

Интересно, это у меня белая горячка случилась или так местный виртуал выглядит? Ну-ка, посмотрим, каково на вкус иномерное виски!

С этими словами он как следует отхлебнул милой сердцу красновато-коричневой влаги.

Иномерное или виртуальное, чёрт его разберёт, виски оказалось значительно более чистым, нежели знакомый ему продукт.

Сил заметно прибавилось. А заодно и куража. При этом никаких побочных эффектов, типа головокружения и слабости в ногах. В руке как-то сам собой образовался увесистый разводной ключ, а в голове – неприкрытая ненависть к упрямому сантехническому предмету.

Дядя Вася шагнул к унитазу, полный решимости закончить прерванную работу. И немедленно ощутил всю подлость фарфорового чудовища.

Низкая тварь издала нежное журчание, изящно выгнулась всем корпусом и со всей дури плюнула прямо в дядю Васю своим ароматным содержимым.

Дядя Вася настолько опешил, что даже не попытался уклониться от летящей в него толстой струи канализационных стоков.

А грубо дёрнувшую его руку, что в последний момент уберегла от купания в фекалиях, воспринял как должное.

Поспешно отступив на пару шагов от коварного унитаза, Косых осторожно скосил глаза вбок, туда, где по прикидке должен был находиться его спаситель.

Ничего.

Да, собственно, в небольшой туалетной кабинке и не мог бы поместиться никто кроме него, иначе тут стало бы очень тесно и неуютно. Ну и кабинка, разумеется, была заперта.

Исследовать вход более подробно Косых не стал.

Тем более что на двери светилась фиолетовая надпись «Запределье доступно». Да ещё на боку унитаза проступила знакомая эмблема межзвёздной стражи с оскалившимся зверем скверного вида.

– Вот как, значит… – прошипел Косых. – Запределье, значит… Ну ничего. С такими тварями мы каждый день сталкивались. Ни одна не ушла! – непонятно зачем заревел он. – Ну, держись, служба очистки! Сейчас мы тебя прочищать будем! Вантуз мне! И кислоты! Плавиковой! Много!

С этими словами он осторожно начал приближаться к унитазу.

Последний явно что-то заподозрил. Кольцо слива начало быстро сужаться, не желая, чтобы какой-то посторонний сантехник начал ковыряться в его нежных внутренностях. Но и Косых не дремал.

– Что, скотина фарфоровая, играет очко?! – радостно заорал он и, забыв об опасности, в красивом прыжке вбил свой разводной ключ в стягивающееся отверстие.

Унитазу это не понравилось.