Дневник. Закрытый город

Повсюду зеркала и цветные витражи с изображениями рыб и морепродуктов. И весь магазин отделан голубой и молочной плиткой, очень красиво. Я, как настоящий провинциал, разинул от удивления рот и робко оглядывался. Как тут что-то можно покупать?

– Это любимый магазин Мирона Ивановича. – объяснил мне Юрик, – Не поверишь, но тут есть любые морепродукты. Хотя, чего это я? Сейчас поверишь!

О, ещё как поверил. Пирамиды из рыбных консервов были выше меня. На льду лежала красная рыба, и даже крабы. В аквариумах, что стояли позади улыбчивых продавщиц, плавала живая рыба.

Обалдеть! Раки нужны? Пожалуйста. Осётр? Белуга? Стерлядь? Вам сколько? Подходите. И всё вежливо. С улыбками. Не привык я, что продавщицы мне улыбаются. Я мямлил и отходил от прилавков. Юрик тут уже был не в первый раз, он давно освоился и бойко набивал, сетчатую тележку на колёсиках, консервами. Я ходил следом. Я тогда впервые увидел чёрную икру, лежащую в стеклянном прилавке – холодильнике. И замер перед ней. Как папуас перед золотыми побрякушками.

– Хотите бутерброд намажу? – предложила продавщица. Видимо, я забавно выглядел.

– А, что? Нет. Спасибо.

– Давайте-давайте. Не стесняйтесь. Вот и другу один возьмите.

В полном ошеломлении, я принёс Юрику, два бутерброда из белого хлеба с чёрной икрой.

– Да ну. Ешь сам. – отказался он. – Я её уже в банках взял. И тебе одну банку. Так и подумал, что ты её ещё не пробовал.

Пришлось мне оба бутерброда съесть. Кажется, чёрную икру переоценивают. Хотя вкусно.

Ещё бы съел. Весь магазин мы обошли. Всё посмотрели. Я хотел ещё воблы накупить, но Юрик отказал.

– Её через КПП не пронесем. Поэтому только консервы.

Потом долго разбирались с кассиршей по чекам. Ставили везде печати. Проверяли каждую банку. Я вызвался тащить рюкзак. Ох. Ты чем его набил? Он неподъемный!

Гулять с рюкзаком было уже тяжеловато. Мы купили по мороженому и уселись на лавочку под деревом.

– Заметил, сколько тут статуй? – Юрик съел свое мороженое в три укуса.

– Заметил.

Наверное, дань ушедшей эпохе. – ответил я, глазея по сторонам.

Статуи были везде. Словно в пионерском лагере. Они украшали аллеи. Прятались в парке. У них скорее было декоративное значение. Я не думаю, что гипсовая статуя школьницы с учебником и щенком имела историческую ценность. Или вот эта – пионер с горном. Но вот если идти вниз, по главной улице, то выйдешь на площадь, и там стоит скульптурная группа – трое учёных держат в руках сферу. Из бронзы.