Виктория

Ничего не понимаю. И не хочу.

– Зря.

– Я хочу признаться…

– В чем?

– Я обманул тебя, что услышал о твоем успехе. Я его увидел.

– Только не говори мне, что ты рисковал своей жизнью ради того, чтобы посмотреть на мою игру? – встревожилась она.

– Именно, так. Прости, но я не мог сидеть дома, когда ты играла.

– Зачем? Зачем надо было рисковать из-за такой глупости? – строго и одновременно нежно, по-матерински, отчитывала ему Виктория.

– Не переживай. Все же обошлось. И это не глупость. Ты знаешь это.

Я знаю, что для тебя это игра – важная составляющая твоей жизни. Я не мог пропустить ее. Не мог. Рискнув, я выиграл. – Он выставил ладонь, на нее падали снежинки и поспешно таяли. И добавил. – Наша с тобой связь сильна, поэтому я без проблем нашел тебя в пелене нависшего тумана, в котором я слышал ужасные крики и вопли страдания.

– Но она не столько важна, как жизнь лучшего друга. Как же ты вернулся обратно? – спросила она.

– Обратный путь был легок. Я держал за руку твоего братика.

– Прикасаясь к нему, тебе нестрашны другие духи?

– Да. Когда я прикоснулся к нему, он одернул руку. Но потом взял ее так крепко, что я невольно вздрогнул, заглянув в потаенные места его души. В его душу, чистую и непорочную. В душу искреннего дитя, который не отпускал меня до самого дома, шепнув мне на ушко, что он знает меня и желает познакомиться.

– Я… ты что?

– Я тоже шепнул ему на ушко.

– Зачем…

– Все хорошо, – перебил ее Домовой. – Я с ним познакомился. Он славный малый.

Твой брат вел себя храбро и не закричал, когда я ему ответил, что тоже желаю с ним познакомиться. Я обо всем рассказал ему. Он все время меня перебивал и спрашивал, спрашивал, спрашивал. В общем, он знает обо мне и кажется, начал видеть мой силуэт. Теперь он с нетерпением ждет тебя дома. Ждет объяснений.

– Мне даже не верится, что это случилось. Ты ему сказал, чтобы он молчал и хранил – теперь уже нашу! – общую тайну от родителей?

– Да. Он мне пообещал держать рот на замке.

– Ох уж не знаю, не знаю, – сомневалась Вика. – Всегда, когда он так говорит, он пробалтывается. Всегда случайно.

– Я уверен, что теперь он будет молчать. Пошли же в дом.

Они зашли в дом, и Вика увидела коридор, по стенкам которого были развешаны воздушные шарики.

– У нас что ли, у кого-то день рождения? – удивленно спросила Виктория у папы, снимая обувь.

– Что-то вроде того, – загадочно ответил отец.

– Сюрприз! – закричал радостный Вася.