Виктория

– Невероятно!

– Невероятно!

Отдышавшись от фантастических приключений, слушая, как чирикают птицы и жужжат мухи над их потными, неподвижными телами, Домовой сказал:

– Вдвоем и правду веселее и интересней. А ты как думаешь?

– Ты прав! Намного интересней. А во что ты еще играешь, когда тебе одиноко?

– В прятки.

– Как можно играть в прятки одному?

– Я привык. – Он искоса улыбнулся. – Люблю прятаться в темных уголках.

– Бррр! – фыркнула Вика. – А я наоборот ненавижу! Не люблю темноту – и все тут! Мне всегда кажется, что во мраке кто-то прячется (обычно страшный монстр с когтями), чтобы незаметно подкрасться сзади и напасть.

Я пытаюсь быть храброй и взрослой, но все равно боюсь.

– Странно. Меня наоборот больше страшит день!

– Как такое вообще возможно? Ты случайно не вампир?

– Да вроде нет. А кто это?

– Ты что не знаешь, кто такой вампир?

– Нет. Ни разу не слышал.

– Ну, ты даешь! Вампир – это человек с клыками. Он впивается ими в шею своей жертвы и высасывает всю его кровь! Кровь для него, как для нас, шоколад!

– Ужас! – Домовой поморщился.

 – Конечно, у меня острые зубы. Но я никогда не буду впиваться в горла людей, чтобы пить человеческую кровь!

– Это хорошо. Значит ты не вампир, – подытожил Вика.

– Вика, мороженое готово! Пойдем! – позвала мама.

– Мне пора, Домовой. Мама зовет. Через полчаса еще поиграем.

– Не смогу. Мне надо идти домой, читать книги. А то папа будет ругаться.

Он не любит, когда я много отдыхаю. Может, вечером?

– Хорошо. Тогда до вечера. Я рада, что мы с тобой познакомились! Пока…

– И я рад. Пока.

Когда Виктория бежала домой, она обернулась и помахала ему рукой. Он тоже махнул.

Домовой встал с поляны и побрел по дороге.

А потом исчез.

Виктория забежала домой преисполненная неописуемой радостью; она вся светилась от счастья.

Еще час назад она играла в гордом одиночестве на поляне, а сегодня у нее появился новый друг.

Друг, с которым ей было весело и интересно. Они играли в ее любимые игры. Он понимал ее с полуслова, словно в его голове появлялись те же самые фантазия, что и у нее. Ее даже не смущало, что он был бледный как день, и что у него были страшные красные глаза, и что звали его как-то странно, Домовой, и что он был плохо одет, и что от него пахло, точнее, несло протухшей рыбой. Ей было на все это наплевать. У нее был друг.