Виктория

Что нужно делать?

– Первым делом нужно сварить мясо, опустив его в холодную воду и варить три часа.

– Три часа!? – переспросила Виктория. – Это же так долго! Мы не успеем до папиного прихода.

– Не переживай мясо уже вариться на медленном огне и скоро будет готово. Сейчас наша с тобой задача замесить крутое тесто, раскатать его до толщины один миллиметр, а потом порезать на ровные, небольшие квадратики и сварить его в мясном бульоне. Ты же помнишь, дорогая, какие нужны ингредиенты, чтобы замесить тесто? – спросила Мария.

– Да. Мука, яйца, дрожжи, молоко или вода, сахар и соль по вкусу, – отчеканила скороговоркой Виктория.

– Молодец, – похвалила ее мама. – Только вместо воды мы зальем в него немного мясного бульона.

После того как тесто было вымешано и охлаждено, Мария начала учить Викторию правильно и равномерно его раскатывать.

Домовой смотрел на маму и дочь. Он широко улыбался, когда Вика брала отрезанный кусок тягучего теста и начинала раскатывать его с помощью деревянную скалку – туда-сюда, туда-сюда – потом брала раскатанный лоскуток и переворачивала его, подбрасывая так, что вокруг нее стояло белое облачко муки.

– Кому это ты там подмигиваешь, чумазая моя? – спросила мама, улыбаясь.

– Нашему Домовому! – ответила Вика.

– Аааа, ну тогда понятно.

– И я не чумазая! Только чуть-чуть испачкалась в муке, – сказала Вика, лицо которой побелело от муки. Мама засмеялась и сказала:

– Точно, самую малость. – Она нежно прикоснулась указательным пальчиком к ее миниатюрному носу.

– Мама, я так тебя люблю. – Виктория поцеловала Марию и положила белые ладони на ее румяные щечки. – Теперь и ты чумазая! – воскликнула она и засмеялась.

– Ах ты, хитрая лисица. Ну, держись, – пригрозилась Мария, опустила руки в муку и начала мазать лицо и шею Виктории, щекоча ее.

– Ой, мамочка, хватит, хватит! Я сейчас умру от смеха, – умоляла сквозь смех Виктория.

И только Мария прекратила щекотать дочь, как Виктория начала щекотать ее.

Домовой все это время смотрел на счастливую маму и дочь, и на секунду ему показалось, что он почти человек – член этой семьи и в любой момент может прыгнуть в объятия Марии и Виктории и вместе с ними готовить, резвиться и щекотать друг друга. Ему хотелось верить, что придет время и у него будет право выбора, в каком мире жить. И если бы у него спросили сейчас, где ему лучше, он без раздумий сказал бы, что здесь. На земле.