Ночная прогулка

Маме нечем было заплатить.

– Ты здесь родилась?

– Конечно, нет. Мы в этом забавном городе только три дня.

***

Анастасия позвонила в дверь. Два раза. Не услышав топот ног и звонких голосов своих сорванцов, она достала ключи из сумочки и открыла дверь.

В доме ее поджил ожидаемый беспорядок, словно прошел ураган: посуда на столе, капли краски на полу, там же брошенные игрушки младшего Арсения, которому вот–вот стукнет семь лет, на диване скрученная в комок одежда старшего Кирилла, заляпанное – всегда заляпанное, сколько не три! – стекло в ванной, на комоде – фантики от сосательных конфет.

Записку оставили – уже хорошо, подумала Анастасия и улыбнулась, когда дошла до того места, где было написано, что ее любят и вернутся не скоро, потому что сегодня деревенский чемпионат по футболу – самое важное событие для мальчишек.

Повседневные семейные заботы нисколько не тяготили Анастасию, наоборот придавали сил и отвлекали от мыслей о Викторе, который вот уже через час должен прийти с работы и в доме вновь повиснет тишина, гнетущая и эмоционально опустошающая.

Анастасия не могла простить мужа, ведь он изменил, а потом как ни в чем не бывало признался ей, что оступился (однажды), поддался желанию и совершил непоправимую ошибку, переспав с коллегой по работе на новогоднем корпоративе. Вот так. Изменил, а теперь просит прощения. Но как простить, когда за спиной двенадцать лет совместной жизни, этому человеку были отданы молодость и сердце, с ним она строила счастье кирпичик за кирпичиком, воздвигая стену доверия и самоуважения по отношению друг другу?

Эта измена стала словно гром среди ясного неба – измена, после которой глухота и пустота!

Что дальше?

Как посмотреть в его глаза и вновь полюбить?

Как разглядеть в его глазах того далекого влюбленного восемнадцатилетнего юношу, державшего ее дрожащую руку в кинотеатре, целующего в первый раз так скромно и нежно.

Она убралась в доме, прогретом от прорывающихся через кружева занавесок лучей солнца, и с книжкой в руках уселась в кресло перед камином.

Тихо тикали настенные часы и мурлыкал лизавший свои лапки кот, удобно устроившись на ее коленях.

Огляделась – все на своих местах: на кремовом диване ровно восемь маленьких подушек, на комоде – подаренная отцом шкатулка, хранящая немногочисленные украшения, и танцующая фарфоровая балерина, семейная фотография в медной рамке на стене.

Чтение не задалось; мысли вторгались между строк, лишая смысла повествования.