Бальзам Авиценны

 – Уходить надо, Матвей Иваныч!

Остальные молчали, но хорунжий чувствовал, что они готовы немедленно покинуть развалины крепости, чтобы, пока в баклагах и бурдюках осталась вода, попытаться дойти до известного им колодца на древней караванной тропе.

– Нельзя нам сейчас сняться и уйти. – Денисов обвел глазами лица станичников. – Мы должны все осмотреть, носами песок пропахать, но отыскать следы. Колодец вычистить, останки товарищей похоронить и убедиться, что их больше нет на свете. А ну как их хивинцы увели, а нам глаза отводят, чтобы мы в догон не пустились? Когда вычистим колодец, выпарим воду!

Казаки немного оживились: выпарить воду – это дело! На дрова для костра пойдут обломки повозки, а для холодного котла, на котором будет конденсироваться пар, используют оставшуюся воду.

На том и порешили. Одни начали вытаскивать из колодца обломки, а другие обшаривали развалины сажень за саженью. Не забыли и выставить часовых, опасаясь повторного нападения.

Первыми достигли результата те, кто обшаривал развалины.

Правда, найти им удалось не так уж много: орленую пуговицу от мундира капитана и винтовочную гильзу. Матвей Иванович жадно схватил ее, порылся в сумке и достал полученный от Масымхана патрон – гильзы были одинаковые! Помрачнев, он зажал их в кулаке и подошел к колодцу.

Там уже вытянули все обломки повозки и поднимали наверх останки погибших. К удивлению станичников, первыми вытащили семь трупов неизвестных азиатов. Трое из них погибли от пули, один от штыкового удара в грудь, один был с проломленным черепом, двое зарублены.

– Кузьма, – показал на последних Попов. – Он так пластает.

Вопреки мрачным ожиданиям, тел капитана, урядника и солдат в колодце не оказалось. Не было там и Шейха с сыном, но зато обнаружились изуродованные тела двух казаков, оставшихся в крепости. Одного басурманы взяли стрелой, другого срубили.

Разложили костер, поставили выпаривать розовую от крови воду – хоть лошадей ею напоить, чтобы донесли к другому колодцу. Начали рыть могилу, собираясь предать земле, вернее песку, тела своих и чужих.

Солнце садилось, и Попов попросил разрешения выехать из крепости и поискать следы: он надеялся, что косые лучи заходящего солнца ему помогут. Хорунжий не стал его удерживать.

К удивлению Матвея Ивановича, казак вернулся быстро. Он опустился на корточки рядом с лежавшим на песке Денисовым и сообщил:

– Заметали они след. Видал я однажды такие штуки из конских хвостов: их привязывают к лошади и метут песок как помелом.