Добрый вечер

Наконец, поправлять больше было нечего. И тогда, шумно вздохнув, он спросил:

– Ну, что еще интересует доблестную московскую милицию? Я, вроде, уже все рассказал вашему коллеге. Он, правда, был чуть постарше.

Силаев уже успел рассмотреть работника МУРа и прикинуть стоимость того, в чем он был одет. Калькуляция вызвала у него внутреннюю усмешку и настроила Вячеслава Ионовича на несколько иронический тон. Довольный собой, он пристроил больную ногу на трость и, блаженно зажмурившись, повернул лицо к солнцу.

– Да, – сделав вид, что не замечает иронии, соглашается Георгий, – вы действительно подробно отвечали на вое вопросы. Но меня не интересует то, о чем у вас уже спрашивали. Меня интересуют вещи несколько иного характера.

– Может, вы полагаете, что я знаю больше того, что знаю? – с издевкой спросил Силаев. Но в его голосе снова была слышна тревога.

– Зачем вы так? – мягко укорил Литвин и раскрыл перед Силаевым пачку сигарет.

– Ну, положим, вам не повезло, – продолжил Литвин. – Вооруженные преступники! Пока мы их не нашли. Вы же не хотите, чтобы они еще чего натворили?

– Это правильно, – согласился Силаев, – с преступниками надо бороться. Но я-то чем могу помочь? Не под лавкой же они у меня спрятаны. Или от допросов, которые вы мне устраиваете они, как клопы сдохнут?

Разговор начал раздавать Литвина, но уйти ни с чем он не имел права.

– Пока все вертится вокруг вас. И потому, приятно это или нет, нам с вами придется еще много разговаривать. Не хотите помочь себе не надо. Нам вы обязаны помочь.

Силу Вячеслав Ионович уважал. Тем более, в лице государства. А рядом сидел, хотя а молодой, но сотрудник очень уважаемой организации.

– Спрашивайте, – смиренно сказал он.

– Сколько у вас похитили?

– Около десяти… тысяч.

– Разин утверждает, что вы собирались купить импортные вещи? Силаев нахохлился и отвечал на вопросы без энтузиазма.

– Какая, собственно, разница, что? Не атомную же бомбу… Я за мир… Ну, джинсы, ну, тряпки разные. Слабость, знаете ли, хорошо одеться. Родственникам тоже надо помочь. Это что, криминал?

– И бывшим супругам, очевидно? – не удержавшись, съязвил Литвин.

– И им… – сквозь зубы выдавил Силаев и пробормотал еще несколько слов в адрес бывших своих «половин».