Двести тысяч золотом

 – Он умирал и хотел, чтобы его похоронили по обряду белых. Я плохо понимаю английский, поэтому с ним говорил русский, которого вы взяли вместе со мной в ущелье…

– Так, и что же сказал вам умирающий? – перебил его Жао.

– Он признался, что ограбил банк, а золото спрятал.

– Где? – Не выдержав, Цин вскочил и подбежал к пленному. – Где спрятано золото? Аллен намеревался его взять, да?

– Не знаю, – сжался Фын и, боясь, что сейчас снова начнут пытать, быстро добавил: – Я не знаю, ехал ли он за золотом. Он говорил о долларах, обещал оставить их в наследство тому, кто его похоронит!

Жао удовлетворенно улыбнулся и надел на лампу стекло.

Взяв из портсигара покойного американца сигарету, он прикурил ее и сунул в рот узнику.

– На, затянись. Говори дальше!

– Умирающий назвал горы Белые Облака. Там спрятано золото.

Старавшиеся не пропустить ни слова Жао, Цин и Чжоу переглянулись. Вот оно! Неужели кончается многолетняя гонка за сокровищами и скоро они будут пересчитывать монеты, радуясь небывалой удаче?

– А не врешь? – недоверчиво прищурился Чжоу.

– Зачем мне лгать? – опустил глаза Фын.

– Погодите, – поднял руку Жао. – Горы очень большие, там множество пещер, долин и ущелий, которые не обшарить и за тысячу человеческих жизней. Где именно спрятано золото? Как добраться до тайника?

– Об этом знает старый Вок из Шанхая, – страдая от собственной беспомощности, пробормотал Фын. Но, как ни странно, на душе вдруг стало легче, словно с нее упал непомерный груз. Неужели тайна столь тяжела? Или страх пыток еще тяжелее?.

.

– Понятно, – протянул Жао. – Остается узнать, как отыскать Вока и что сказать ему, чтобы он отвел к тайнику. Ну?

– Этого я не знаю, – обреченно выдохнул Фын.

– Лжешь! – заорал Чжоу. – Не верьте ему! Я вырву лживый язык у ехидны! Разрежу на куски, но он скажет!

– Не знаю я, не знаю! – завопил бандит. – Не знаю! Он говорил об этом без меня!

Быстрорукий отпихнул разъяренного телохранителя, приказав ему не подходить к пленному, пока не позовут. Костолом только испортит дело.

Узник заговорил, и лишняя боль сейчас ни к чему, она не прибавит правдивости, зато может замкнуть открывшийся рот.

– Где же ты был? – Жао дал глотнуть Фыну вина из чайника.

– Побежал за водой, – объяснил пленный. – Умирающий попросил пить. С ним остался русский.

– Ну наконец-то, – хлопнул в ладоши Цин. – Теперь понятно, почему ты хотел выпотрошить его в ущелье.

– Чжоу, притащи русского сюда, – не оборачиваясь, велел Быстрорукий.