Игра без правил

Посылки, приходившие от сестры, как правило, отбирали «мальчики», но Виталий не старался что-либо утаить и не пытался вступить с ними в конфликт – он видел, как опускают ночью непокорных, ломают их, заставляют выполнять норму за себя, принуждают к гомосексуализму. Однако нервы начали сдавать, и он понимал, что может не выдержать, сорваться, и тогда неизвестно, как повернется дальше судьба. Что же делать?

Оставалась единственная надежда на сестру – она может уговорить, умастить своего муженька, а у того есть связи и знакомства с нужными людьми, они должны и могут хоть чем-то помочь – перевести на хорошее место, замолвить слово перед начальством.

Но как дать знать сестре, как попросить ее о помощи?

Начинаешь в редкие свободные минуты писать письма, а карандаш вертится в пальцах и в голове неотступно сидит мысль о том, что все твои послания пройдут через чужие руки, их прочтут чужие глаза, да и скажешь ли все в письме? Получить свидание? Практически несбыточная мечта.

Но ведь он смолчал, ни разу ничего даже краем не вякнул о Мишке, – «никого не взял с собой», как говорят в зоне.

Неужели Котенев этого не оценит? Где же выход?

В производственной зоне он долго присматривался к Вороне – Гришке Анашкину, прозванному так за разлапистую походку, напоминавшую походочку помойной птички-санитара. У Гришки уже начали отрастать волосы – через месячишко выйдет на свободу, вдохнет воздух воли и вернется в Москву. Статья у него не слишком тяжкая – угон транспорта, – дадут прописку.

Конечно, Анашкин не сахар – груб, хамоват, может ради развлечения и «куму» настучать – «кумом» называли начальника оперативной части, – с Вороны станется, но раньше его никто из зоны не выйдет, по крайней мере из их отряда.

А в других отрядах знакомых нет. Рискнуть?

Анашкин знается с контролерами – те втихую снабжают его чаем, из которого при помощи тщательно скрываемых от чужого глаза самодельных кипятильников варят чифирь. С воли иногда тоже «подпитывают», перебрасывая через забор зоны грелки с вином – не просто так ведь это делают? А Гришка и здесь на одной из первых ролей.

Но кому еще довериться, а ждать и жить без надежды больше просто нет сил.

Решиться на разговор Манаков смог только через неделю. В производственной зоне, где заключенные изготовляли ящики для упаковки каких-то деталей, он долго ждал подходящего момента – сначала мастер вертелся поблизости, потом Анашкин отходил или не вовремя появлялся контролер. Наконец, улучив момент, Виталий подошел к Вороне.