Игра без правил

Он умасливал ее подарками, завалил деньгами и роскошными игрушками дочь, а на душе день и ночь скребло – ну, когда же ты наконец решишься? А тут еще посадили брата Лиды – дурака Виталия, – связавшегося с валютными операциями. Жена была просто не в себе, и он серьезно опасался за ее психическое состояние. Так и жил на два дома, разрывая сердце на части и не имея сил ни на что окончательно решиться…

Татьяна встретила его в длинном черном халате с вышитой на груди фиолетовой розой – его подарок, привезенный из загранкомандировки.

Поцеловав ее в шею и ощутив тонкий запах духов, он в который раз дал себе слово презреть наконец давно обременявшие его правила приличия и переехать к ней окончательно. Совсем не хочется уходить отсюда и возвращаться к скандалам и просьбам. Но, видимо, еще не созрел, не произошел тот последний толчок, готовый побудить сорваться с места и, как камень, катящийся с горы, лететь вперед, не имея возможности вернуться.

– Поужинаешь? – Она помогла ему снять пиджак и подала тапочки.

– Нет, пожалуй, только чаю. – Он поймал ее руку и поднес к губам.

Боже, от чего он заставляет себя ежедневно отказываться и, главное, зачем? Идет на поводу собственной непонятной раздвоенности, страха потерять то, что есть в Лиде, не найдя этого в Татьяне? И в то же время потерять в Татьяне, не найдя в Лидии? Неужели он так и будет ходить от одной к другой, боясь сознаться себе, что его это почему-то устраивает? Но почему?

На кухне Котенев с удовольствием принял из ее рук чашку и почувствовал, что он дома, в тихой обители, защищающей от любых невзгод.

Татьяна что-то негромко рассказывала о своих новостях, а он, мелкими глотками прихлебывая чай, наслаждался покоем и звуком ее голоса, совершенно не вникая в то, что она говорит, – главное, она здесь, рядом.

Зазвонил телефон, и Михаил Павлович досадливо повернул голову – как некстати нарушают тишину их вечера. Татьяна сняла трубку и, недоуменно подняв тонкие брови, сказала:

– Это тебя.

– Меня? – искренне удивился Котенев.

Он никому не давал номера телефона этой квартиры. – Кто?

– Какой-то мужчина. – Она пожала плечами и отдала ему трубку.

– Да, я слушаю. – Михаил Павлович вновь ощутил легкий запах ее духов, исходящий от телефонной трубки, и сердце обдало теплой волной нежности. Но это ощущение быстро пропало.

– Извините за беспокойство, уважаемый Михаил Павлович, – голос явно незнаком, – но не хотелось беспокоить вас на работе или дома. Поэтому пришлось позвонить сюда.