Обращенный к небу. Книга 2

Оставшегося в Херсонесе Слышка случайно встретил молодой священник Зосима, почти сразу, как братьев разлучили. Он увидел его на площади, куда по обыкновению приводили рабов на продажу. Зосиму привлёк юный славянин: он сидел на специальном помосте в кандалах и горько плакал. Рабы, добравшиеся до этого помоста, редко плакали, разливая слёзы по дороге сюда, поэтому Зосима спросил парня, почему тот плачет, и тот сказал, что его брат вывихнул руку и ему больно.

– А где же твой брат? – спросил Зосима, уже собираясь уходить, и тут услышал, что брата увели с караваном восточные купцы ещё три дня назад.

Зосима задержался и спросил:

– Так что же ты плачешь, у него теперь и рука, верно, зажила?

Парень упрямо повертел головой:

– Нет. Он её сейчас вывихнул. Хотел бежать, да ему не дали.

Зосима удивлённо воскликнул:

– Откуда тебе это может быть известно?

– Брат пожаловался, – ответил странный юноша.

Зосима и раньше знал, что близнецы чувствуют, когда что-то случается друг с другом даже на большом расстоянии.

Но эти два славянских язычника умели читать помыслы друг друга словно письмена, отправленные с почтовым голубем, но только гораздо быстрее, как если бы один из их богов Перун сам переносил их на кончике своего огненного посоха.

Зосиме удалось догнать ушедший караван и выкупить Вышеслава у персидского купца. Святослава Зосима тоже купил – так братья воссоединились. И со временем стали самыми доверенными слугами эллинского попа. Зосима сделал их свободными и хорошо платил.

Кроме прочего, сразу после того, как братья оказались вместе, он отвёз их по морю в Константинополь, где кривой таинственный человек с варварским именем Вепрь обучил их диковинным умениям, которых не знали даже стражники самого императора.

2

На рассвете Вишко осторожно вышел из дорожного дома под светлеющее небо и двинулся к южным стенам города. Ни души не было видно на улицах, только дозоры бряцали оружием то тут, то там, но Вишко давно изучил все их передвижения и умело не попадался на глаза.

Наконец край белёсого неба придвинулся – стена была рядом. И тут из-за стены дома прямо перед Вишкой вышел стражник с копьём наперевес. По усиленной броне было видно, что он из настенной охраны.

– Стой! – сказал он по-эллински. – Кто таков?

Вишко съёжился и очень тихо ответил по-славянски:

– Не гневайся, воин! Я заблудился…

– Язычник! – сказал стражник уже по-славянски и недобро ухмыльнулся.