Совершенный изъян

 – Красивая, дурёха!

Пётр склонился над лежащим телом и вдруг понял, что снег действительно чёрный.

Он кашлянул, прижал руку к груди. Даже сквозь плотную одежду чувствовалось, как судорожно и неровно колотит сердце. Да ещё головная боль. Бутылка, выпитая с Виком для согрева, не пошла на пользу. К тому же от холода всё равно ломило кости.

– Трупного покамест нет, – сказал Вик.

Браслет, криво прилаженный к запястью, вздрагивал и угрожающе гудел, точно наручная бомба с часовым заводом.

– Прямо живая, – сказал Пётр.

Девушка – лет двадцати на вид – и правда была красива. Лицо – белое и симметричное, как у призраков. Глаза – закрыты, словно она зажмурилась, чтобы загадать желание.

– Скажешь тоже – живая! – фыркнул Вик. – Я много трупяков на этой работе повидал! Живые так не выглядят!

– Да не о том я!

Пётр рассматривал покойницу. Худенькая, даже тощая, будто питалась одними таблетками и витаминной смесью. Короткое пальто немногим ниже колен. Тёмный свитер с высоким горлом.

– Не похожа она на бездомную, – сказал Пётр.

– Похожа, не похожа. Какая нам-то разница?

– И чего её сюда занесло?

– Да хуй его… – Вик поёжился от холода. – Не бывает здесь никого, кроме бомжей. Раз тут нашли – значит, бомжиха.

– Просто как всё у тебя! – хмыкнул Пётр.

– А на хера усложнять?

– А если её…

Пётр осмотрелся. Свет над подъездом ударил ему в глаза. Он закашлялся – сердце не отпускало.

– Чего с этой твоей машинкой?

Браслет на запястье мёртвой девушки ходил ходуном, скрипя и подвывая.

– Жетончик не может сделать по ходу. Вот же блядская шарманка!

– И чего?

– Да чего, чего… – Вик потёр заросший подбородок. – Кажись, запасной должен быть.

– Кажись…

Пётр присел рядом с телом, выключил браслет и стянул его с запястья. Массивный пластиковый корпус раскалился так, что едва не обжигал. Пётр сжал его в руках, чувствуя, как в пальцах восстанавливается кровообращение.

– Давай!

Вик отобрал у него браслет и заковылял к машине.

Снегопад усилился. Тёмный снег оседал на тело девушки, как пепел. Пётр невольно отряхнул рукав её пальто и провёл пальцами по ткани. Отвернул подол. Вся подкладка была усеяна тонкими серебристыми прожилками.

– Лови! – крикнул объявившийся из темноты Вик и швырнул в лицо Петру браслет.

Тот насилу поймал.