Синдром отторжения

Ее обтягивающий серый комбинезон напоминал противорадиационный костюм. Длинные черные волосы распадались по плечам.

Нет!

У меня потемнело в глазах.

– Лида? – хрипло позвал я.

Девушка вздрогнула и обернулась. В руке она держала длинный тенебрис.

– Лида? – спросила она.

Она смотрела на меня с удивлением и даже страхом.

– Почему? – произнесла девушка дрожащим голосом. – Почему вы называете меня Лидой?

– Но ты… вы…

Она так походила на Лиду, что это не могло быть совпадением.

Девушка взволнованно откинула со лба прядь волос и отступила к двери.

– Но разве это не ты? – пробормотал я. – Я ничего не понимаю. Где мы находимся? Что это за место?

Девушка успокоилась.

– Меня зовут не Лида. Я – Таис. Вы меня с кем-то путаете. Это возможно в вашем состоянии. Вы сейчас находитесь в нашем центре. Вы в безопасности. Не стоит волноваться.

– В центре? – Я приподнялся на кровати. – В каком еще центре? Мы на Венере? Я военнопленный?

– Военнопленный? – Таис рассмеялась, но смех вышел натянутым.

– Судя по тому, что я помню, это не совсем так.

Таис закрыла глаза и устало потерла лоб, но тут же опасливо покосилась на меня, точно боялась, что я сейчас брошусь на нее, как бешеный зверь.

– Вы не военнопленный, – сказала она. – Мы на Земле.

– Если я не военнопленный, то почему меня держат в этой камере и…

Я хрипло втянул в себя воздух и медленно, как больной, едва отошедший от комы, уселся на кровати, упираясь руками в скользкую пленку.

Таис сделала еще один шаг к двери.

– Что здесь происходит? – спросил я. – И если ты… если вы не Лида, то где она? Где остальные члены экипажа?

– Вас держат здесь ради вашей же безопасности.

Таис нервно сжимала тенебрис.

– Где остальные? – спросил я громче.

Я попытался встать, но снова упал на кровать. Голос мой почти срывался на крик.

– Где Лидия?!

– Остальные члены экипажа… – Таис стояла у самой двери; еще один шаг – и она уткнулась бы в нее спиной.

Таис не договорила.

– О чем вы? – Сердце в груди свело судорогой. – Что произошло?

– Я не уверена… – Таис запнулась. – Я не могу пока вам обо всем рассказать. Это может быть слишком. Но, поверьте…

Из последних сил, как человек с безнадежным ранением, делающий предсмертный рывок, я поднялся на ноги, оттолкнувшись от кровати, и встал, покачиваясь, опираясь рукой о металлическое изголовье.