Страх звёзд

На сей раз его пригласили в роскошный, обшитый лакированным деревом кабинет, где Айша сидела за огромным столом в форме птичьего крыла и пускала клубы разноцветного дыма. На столе, рядом с полусферой голографического терминала, стояла золотая клетка, в которой бешено вертел колесо маленький, похожий на грызуна зверёк с всклокоченной шерстью и чёрными отчаянными глазками.

На встрече также присутствовал молчаливый мужчина с худощавым лицом – юрист Айши.

Томаш внимательно изучил договор, оттиснутый на белоснежной лакре.

Витиеватая бакарийская вязь, едва поспевая за его глазами, плавно перетекала в строгие литийские буквы, и Томаша не покидала мысль, что читает он вовсе не то, что на самом деле написано в документе. Раньше ему не доводилось видеть что-то подобное – его предыдущих партнеров устраивали куда менее формальные договорённости. Он даже не был уверен, зачем это нужно Айше – чтобы обезопасить себя или же внушить ему серьёзность их соглашения.

Впрочем, внушить, определённо, получилось – если и не ему, то хотя бы Насиру.

Томаш даже думал, что Насир согласился лететь с ним только из-за лакры.

Закончив читать, он протянул Айше глянцевый лист.

– Нужна ваша подпись, – сказал мужчина с худощавым лицом. – Если вы, конечно, согласны заключить договор.

– Согласен, если бакарийский текст соответствует литийскому, – сказал Томаш.

Кожа вокруг глаз худощавого мужчина собралась раздражёнными складками.

– Это лакра! Весь её смысл состоит в том, чтобы обеспечить полную синхронность священного договора на всех возможных языках!

– Прошу извинить нашего литийского друга, – вмешалась Айша.

 – Карам икраам, он не хотел подвергать сомнению синхронность лакры. Просто он не привык к подобным вещам.

Худощавый качнул головой, пробормотал что-то на бакарийском и придвинулся к Томашу.

– Вот здесь! – Он показал на узорчатую рамку в конце листа. – Проведите указательным пальцем слева направо – это жест, подтверждающий синхронность.

Томаш мазнул пальцем по листу, и внутри рамки тут же пропечаталась бурая, как запёкшаяся кровь, бакарийская вязь.

– Договор заключён! – объявил худощавый.

Он взял лакру обеими руками и протянул её, склонив голову, Айше. Та лишь мельком взглянула на лист и отложила его в сторону, к металлическому блюдцу, в которое стряхивала израсходованные капсулы мазина.

– А у меня будет собственная копия? – спросил Томаш.

– Лакра всегда остаётся у нанимателя! – заявил худощавый.

Айша развела руками.