Тайное общество по борьбе с ненормальностью. Том 7

Клим подошёл к свёртку, кое-как распутал его и заглянул внутрь, увидев милые сердцу однотонные чехлы на кресла и диван: четыре тёмно-зелёных и один синий. От них шёл приятный аромат лаванды, и они прямо-таки сияли чистотой.

– Я их постирала, – сообщила Серафима.

– Вижу, – кивнул Клим. – Будем накидывать?

– Естественно, не просто же так я их пёрла от самого дома. Они в сумме и пары килограмм не весят!

– Надо было позвонить, я бы тебе помог. Но спасибо, что не позвонила!

Серафима ответила молчанием, лишь дёрнула головой, отчего её длинный и пушистый конский хвост качнулся, будто морская волна.

Девушка вытащила один из тёмно-зелёных чехлов и отправилась накидывать его на кресло, которое считала своим и никому не позволяла на него садиться. Мы сами этого не делали, чтобы не порождать скандалы! Клим взял самый большой – синий – и, закинув его на плечо, сказал:

– Страшно представить, как выглядит твоя собственная комната.

– Получше твоей уж точно, – ворчливо отозвалась Серафима.

 – Быть может, когда-нибудь я и позволю тебе узреть всё её великолепие. Обои, ковёр, мебель и прочие украшения были подобраны мной лично.

– Это и пугает больше всего.

– Я бы влепила тебе затрещину, но слишком занята.

– Имей в виду, я буду сопротивляться, а Голубы, чтобы защитить тебя, здесь нет.

Черновласка оторвалась от увлекательного занятия надевания чехла на кресло и задумчиво посмотрела на парня, который этот взгляд пропустил, пытаясь расправить диванный чехол, сложенный самым немыслимым образом.

Казалось, будто он побывал в центрифуге, которая вращалась как ей вдумается. И имя этой центрифуге – Серафима.

– К слову, у меня есть важные новости, – проговорила Серафима.

– Какие же? – полюбопытствовал Клим, наконец-то расправивший чехол и накинувший его на диван.

– С началом учебного года мы отсюда съезжаем.

– Почему? – на автомате спросил Клим, не слишком вникнув в сказанное.

– Долгая история… – отозвалась Серафима. – Папа каким-то образом прознал про мою аферу с объявлением о сдаче в аренду и на днях вызвал меня на серьёзный разговор.

– А синяки ты замазала, да?

– Какие синяки? Мой папа даже голос на меня редко повышает! Святой человек, раз у него хватает терпения на твои выходки!

– И он сказал, чтобы мы выметались отсюда вон?

– Ну, я объяснила ему, что у нас здесь не притон какой-нибудь, а просто место для встреч, где мы собираемся небольшой дружной компанией.