Андреевское братство

Ну…

– Вот тебе и «ну»… За ночь этот кое-кто все обдумал и послал своих ребят. Они собирались взять вас обоих, привезти в известное место и договориться… сепаратно. Вреда никто вам причинять не собирался. Просто… предложили бы сменить флаг. Возможно – за большую плату. Проиграли бы только мы. Но ты все спутал. Я тоже ничего не знал, клянусь. Когда ты позвонил, я был поражен и действительно направил ребят, чтобы помогли. А они опоздали. Зато ты сумел заставить тех людей запаниковать. Они обратились ко мне.

Не буду пересказывать, о чем шла речь, но… Меня убедили. Нашлись способы. Как и твою Аллу, кстати…

– Врешь, – только и сказал я.

– Зачем мне врать? Нет, с ней все в порядке, никакого насилия, но… Выхода у нее не было. Она ведь всего лишь слабая женщина. Она выдала все записи и рассказала, что на самом деле никаких людей в Москве нет. Только вы двое… На этом все могло и кончиться. Ты оказался не нужен. И Аллу бы они сразу же отпустили. С хорошими деньгами.

Куда дешевле, чем убивать. Они же вполне законопослушные деловые люди. И опять ты все испортил. Тебя ведь уж и искать прекратили… Не знаю, что ты сделал с пленками, и Алла не знает, только недавно со мной говорили… очень плохо.

Я видел, что он скорее всего не врет. И его версия мало расходится с моей, разве что в деталях. Слишком у Панина было отчетливо все на лице написано. На фоне растерянности и обиды – злость. Он меня ненавидел. За все. И что дело верное сорвалось, и что пришлось от кого-то испытать унижение, возможно, – не первое… И что сейчас он выглядит передо мной подлецом и трусом, а не тем, что раньше, великим Майклом.

Тут в нем славянство прорезалось, перед своими ему бы так стыдно не было…

– Плохо держишься, драйвер, – сказал я с издевкой, – ты же сам этого хотел… А выходит, кусок больше рта оказался.

– Сам-то не очень геройствуй, – огрызнулся он. – Куда ты денешься? В Москву сбежишь? И там найдут.

А Алла? Бросишь? Я бы подобрал, только она пока еще тебя забыть не хочет… Если б захотела, всем лучше б стало. А пока ты бегаешь, ее ведь не отпустят. А далеко убежишь – совсем станет плохо…

– Не твоя забота…

– Увы, и моя тоже. Я ведь к вам обоим по-прежнему хорошо отношусь. И все еще можно исправить…

Я подумал, что разговор слишком затягивается и группа захвата, возможно, уже на подходе.

– Стоп. Я меняю позицию.