Андреевское братство

Но ведь почти то же самое и я мог бы нагадать кому угодно. Если поверить, это успокаивает. А сильная и злая воля, чья она? Кого-то из панинской компании? Или старик говорил наобум?

Правда, многое другое тоже сходится. С тем, что говорил отец Григорий. Так что же принять за рабочую гипотезу? Похищение с целью выкупа? Но, во-первых, без подготовки это не делается. И Алла не выглядит миллиардершей или дочкой особо важной персоны. Захват для подстраховки, чтобы заставить меня вернуться в Москву? Так если они знают о кассетах или даже изъяли их, к чему им Алла, да и я сам? Или меня просто вышибают из игры, решив сотрудничать с ней напрямую? А что мешало провести это более цивилизованно? Там же, у Панина.

Скрыть его к этому причастность? Невозможно, раз был уже вчерашний разговор.

Просто посмотреть, что я буду теперь делать? Как может повести себя человек в условиях растерянности и паники?

Старик сказал – на северо-восток? Там залив, а вилла Майкла на юго-западе.

Одним словом – полный туман.

И, взяв себя в руки, я решил для начала повести себя так, как должен поступить перепуганный… ну, не совсем дурак, за дурака меня Панин не держит, а так, сверх меры взволнованный недоумок.

На пересечении двух галерей второго этажа я отыскал целый ряд старомодных телефонных кабин, поставленных здесь как раз с учетом того, что не работают интеркомы. Забота…

Соскочив с движущейся ленты тротуара, я зашел в первую попавшуюся и набрал номер Майкла. Он ответил сразу. Будто ждал. Или вот именно, что ждал.

Меня или нет – другой вопрос.

Стараясь, чтобы мой голос звучал как должно, я сообщил, что Алла исчезла, и будто бы, по словам очевидцев, неизвестные люди посадили ее в машину и увезли. Сказал, что собираюсь обратиться в полицию, и нет ли у него там знакомых, потому как, понятное дело, чужаку трудно ориентироваться. В Москве я бы знал, что делать. А тут…

– Подожди. Возьми себя в руки, – голос его после короткой паузы зазвучал вполне уверенно и спокойно. – Главное – без истерики.

Слава богу, если ты еще глупостей не наделал. Никакой полиции. Садись в машину и гони прямым ходом сюда. Все обсудим… Просто так даже у нас людей на улицах не хватают. И поаккуратней езжай, совсем ни к чему, если сам в эксиденс влипнешь… – сейчас это был как раз тот Майкл Панин, которого я знал – трезвый, уверенный в себе, абсолютно точно знающий, что, кому и как следует делать. И я почти поверил, что он тут ни при чем, искренне озабочен судьбой Аллы и моей тоже.