Ловите конский топот. Том 2. Кладоискатели

По возрасту – третьих штурманов, или даже вторых.

– Что господа желают? – немедленно на пороге возник крепкий парень, судя по огненно-рыжей шевелюре – ирландец. С такой физиономией не в пабе кружки разносить, а купцов в Шервудском лесу грабить. Но – капитализм социализирует людей, часто – против их воли.

– По кварте[21 - Кварта – английская мера жидкости, примерно 1,2 литра (две пинты, 1/4 галлона).] пива, самого лучшего, темного, и по стаканчику виски, ирландского, конечно, – решил польстить парню Шульгин. – И дюжину устриц… Если живые, а то смотри…

Какое-то время они потягивали пиво, наблюдая подлинную жизнь конца лучшего в истории века, попутно расширяя пассивный запас лондонского жаргона.

– Наверное, пора, – сказал Сашка, разделавшись со своей порцией действительно неплохих моллюсков. Глотнул пива и направился к выходу. Свежего воздуха глотнуть.

Ожидаемый ими тип появился в ближайшие пять минут. Таможенник описал его достоверно, профессиональный навык, никуда не денешься.

Остановился на пороге, обводя зал взглядом. Вполне естественно, ищет знакомых или прикидывает, найдется ли свободное местечко.

Шульгин навис над ним сзади, поскольку превышал ростом почти на голову.

– Мистер Биллингер? Проходите, мы вас давно ждем…

Чем хороши заведения, подобные этому, – никто не в состоянии подслушивать, о чем говорят соседи, общий шумовой фон перекрывает отдельные слова. А в кабинете можно было вдобавок опустить занавески из выцветшего бордового плюша.

Биллингер не утратил самообладания. Прошел, куда указано. По щелчку Сашкиных пальцев лакей принес пива новому гостю. На всякий случай Шульгин тут же и расплатился, в качестве чаевых вручив целый шиллинг, или четверть стоимости всего заказа.

– Мистер Гэвеллен очень занят, так что мы за него. Дело сорвалось. Ваша наводка была неверна. У пассажиров яхты не оказалось краденых драгоценностей. – Новиков говорил мягко, спокойно, щеголяя совсем неуместным здесь оксфордским произношением.

– Боюсь, я не совсем понимаю, о чем вы, – сохраняя выдержку, ответил Биллингер, отхлебывая пиво.

– А это никому не интересно, – сообщил Шульгин. – Выбор у тебя уж больно ограничен… – Он говорил на грубом кокни.[22 - Кокни – диалект лондонского простонародья.] – Расскажешь, кто наколку дал и зачем, – уйдешь целый.