Пленница забытого мира. Кольцо

На кону жизнь человека.

– Если ты еще раз выкрикнешь подобный приказ, то почувствуешь укол хлыста на своей спине, – сказал Виктор.

Я сжалась от его грозных слов. Вспыльчивый, значит! Может быть, пора подумать о паре занятий по контролю гнева? Или… Новая мысль пришла мне в голову, и я осмотрелась.

– А-ха! Я поняла! Я знаю, что ты задумал. Где скрытые камеры? Ты почти одурачил меня. Френк участвует в этом маленьком представлении с использованием скрытой камеры, не так ли? О, я собираюсь его разоблачить.

Где ты его спрятал? – Я стала оглядываться по сторонам в поисках операторов.

– Тебе следовало дважды подумать, прежде чем ступать на вражескую территорию, – сказал Виктор, приподняв бровь.

– Ты хорош! – ответила я. – Ступить на вражескую территорию отличная реплика. Это ваши продюсеры вас такому научили?

Лицо Виктора покрылось мрачными морщинами.

– Теперь ты военнопленная принцесса Лисандра.

Я посмотрела на его суровое лицо и напряглась.

– Послушай… эта средневековая игра, в которую ты играешь, довольно крутая и все такое. Мне нравятся костюмы и диалоги, но мне действительно нужен телефон. Это действительно чрезвычайная ситуация.

Угрожающий взгляд Виктора скользил по мне сантиметр за сантиметром. Подойдя ближе, он провел большим пальцем по моей щеке. Я опешила от такой наглости и оттолкнула его.

– Ты что себе позволяешь? – яростно зашипела я, сверля его взглядом.

– Как ты смеешь? – взревел он. – Разве ты не знаешь, кто я такой?

Конечно, я не имела понятия, да и на самом деле мне было все равно.

– Нет. Давай знакомится? Кто ты и как тебя зовут? – Ситуация выходила из-под контроля.

Горячий парень явно был чокнутым, и я поняла, что Френк не выскочит из-за кустов с криками «попалась». Пришло время убегать и позволить им вернуться к своим рыцарским турнирам или чем бы они там ни занимались, чтобы заработать свое жалованье.

Особенно когда я увидела, как один из рыцарей осматривает меня с ног до головы, задержавшись слишком долго на обнаженной коже в том месте, где две верхние пуговицы были оторваны от моей рубашки довольно навязчивой колючей лозой. Какого черта я позволила Френку забрать наше единственное оружие? Что если эти средневековые придурки решат воспользоваться мной? От одной этой мысли меня бросает в дрожь.