Скорпион в янтаре. Том 2. Криптократы

Сильвию найдешь, вместе с нею обеспечишь финансирование моих побочных расходов, а главное – свернешь, к чертовой матери, «политику невмешательства». Вместе с Чемберленом. Тогда и Мюнхена не будет, а наш «рейхостроитель» на обозримую перспективу исчезнет из большой политики… Что сулит интереснейшие геополитические расклады.

– На том и сойдемся. И мне интересно будет, и общему делу польза. Только сразу договоримся – закончим с Испанией, обеспечим благоденствие и безопасность твоих новых друзей, и все! Уходим.

В двадцать четвертый или ноль пятьдесят шестой. Пора сворачивать сей химерический фейерверк. За год управимся, и домой. Надоело, Саша, знал бы ты, как все надоело… – В голосе Антона прозвучала такая тоска, что Шульгин подумал: «Картинка моей смерти – не самое страшное. В его шкуре я еще не побыл, настоящего «покаяния» не испытал».

– Год еще прожить надо. Но принципиальных возражений ты от меня не услышишь. Я с самого начала, в условиях Игры, примерно так и планировал.

С тобой, глядишь, еще быстрее управимся. И – в Замок. Он, как я догадываюсь, теперь окончательно твой?

Антон молча кивнул, закуривая уже третью папиросу.

– Запасных тел там у тебя не имеется? – будто бы в шутку спросил Шульгин.

– Я же сказал, не проблема. Чего на мелочи отвлекаться? Давай лучше твои действия в Испании конкретно подработаем. И мои. Методику связи…

– Сейчас. Куда торопишься? Сначала коктейль, потом вишня, потом косточка, – вспомнил он слова еще одного киношного персонажа.

Как бы не в исполнении Мастрояни. – Идея появилась. Забирай-ка ты пока себе мою оболочку…

С одной стороны, отдавать чужому человеку напрокат собственное тело Сашке не слишком импонировало. Хуже, чем нижнее белье дать товарищу поносить. А с другой – оно ведь не его, по большому счету. Очередной артефакт, и не более, возникший для удобства существования в вещном мире.

– С удовольствием. Вполне подойдет, тем более что сэра Говарда Грина в Грейт Бриттен забыть еще не успели.

Всего-то тринадцать лет прошло.

– Славненько. Только я тогда усы носил, тебе придется снова отпустить. К телу, заметь, еще и гомеостат прилагается. Сейчас сбегаю, принесу, если не украли…

Он не слишком этого опасался, спрятан прибор был надежно, но тень тревоги присутствовала. Слишком уж ценную вещь он оставил на произвол судьбы, для каждого отдельного человека, способного понять, что это такое, дороже всего золота мира.