Вихри Валгаллы

И ведь никто не мешает вам немедленно начать формирование в каждой дивизии – роты, а в корпусе – батальона аналогичного типа. Всю необходимую помощь оружием, техникой и инструкторами мы вам окажем… А уж Михаила Федоровича вы у нас не отнимайте, мы с ним давно сдружились… И он у нас словно бы как граф Бенкендорф будет.

На протяжении всего разговора Басманов держался так, будто его происходящее вообще не касалось. Он понимал, что представление устроено не для него, а исключительно для нового главнокомандующего.

Дать понять, кому именно он обязан своим невероятным карьерным взлетом, и одновременно намекнуть, чтобы не слишком обольщался: все силовые и политические рычаги реальной власти остаются в руках Берестина с Шульгиным. Басманова такой вариант вполне устраивал. Подчиняться им куда предпочтительнее, чем оказаться под командой взбалмошного и малопредсказуемого главкома. Хотя сравнение с шефом жандармов при Николае I его слегка покоробило. По довоенной еще привычке гвардейцы относились к носящим голубые мундиры с плохо скрываемым пренебрежением. Впрочем, за последнее время полковник почти избавился от былого снобизма.

Слащев тоже понял все правильно.

– Хорошо, господа. Позвольте откланяться. Буду ждать получения приказа Верховного. А в семь часов вечера прошу пожаловать ко мне на ужин. Разумеется, с дамами… – Он поклонился в сторону по-прежнему так молча и просидевшей в углу все это время женщины.

За ним вышел и Басманов.

Оставшись втроем, друзья позволили себе наконец расслабиться.

Берестин расстегнул пуговицы кителя, Шульгин вообще скинул на спинку стула свою кожанку, и Лариса встала с кресла, потянулась, сбросила с лица маску отрешенного безразличия.

– Ладно, ребята, и мне закурить дайте. Кофейку бы тоже неплохо…

Шульгин с Ларисой всего три часа назад прибыли из Севастополя, где по-прежнему, несмотря на перенос столицы в Харьков, оставалась главная ставка.

– Так что же ты мне скажешь утешительного? – спросил Берестин, обращаясь к Сашке.

– Думаю, утешительного все же больше, чем наоборот. Однако события начинают развиваться многозначительно.

…Ему самому в это трудно было поверить, но всего лишь позавчера Шульгин вел «Додж» с опущенным тентом по узкой грунтовой дороге, где обычно ездили только местные татары на своих арбах. Совершенно великолепная погода стояла в Крыму. Тихо, тепло. Над пологими, заросшими жесткой серебристой полынью холмами вставало блеклое нежаркое солнце.