Измерения Тайн

– И эта особа не я, – её шоколадные глаза встретились с моими, она тихо прошептала, заставляя компанию приблизиться к брюнетке. – Селена Лойд.

Мои брови вскинулись, вспомнив даму с пепельными локонами волос. Её плавные движения, поднятая губа в раздражении. Впрочем, не одна я была поражена.

– Я бы поставил на Эдгара, – Рональд провёл рукой по кудрявым волосам, качая головой. – Видимо, Селена более заслуживает звания бессердечной, нежели Эдгар Двэйн, – парень запнулся на странной фамилии «Двэйн», ловя мой непонимающий взгляд.

 – Лидер Тьмы не любит, когда упоминают его второе имя. На Земле это называется фамилией. Эдгар не переносит второе имя, данное ему от отца. Если не хочешь быть испепеленной во мгле ненависти, не называй его вторым именем.

На полученный совет я вновь закатила глаза, возвращаясь к интересной теме.

– И как можно жить без стука в груди?

– Просто. Одни существа могут отправиться в Небытие, если их силы невелики. Более могущественные способны спокойно переносить кровь с помощью магии.

Чёрная кровь, если это Лидер Тьмы, не циркулирует, но поддерживает жизнь. Алая кровь, кровь Лидеров Света, живёт в таком же режиме. В целом, нет особых различий. Только перед тобой может стоять реальный мертвец, которому не нужно даже дышать,

Ронни заставил погрузиться в размышления о том, что чувствует тот, чьё сердце замерло, потеряв вкус жизни. И что произойдёт, если оно вновь забьётся? Что должно произойти, чтобы оно оживило серость?

Из раздумий меня вытянула властная рука Мэнди, тащившая на танцпол.

Не спеша, я приблизилась к золотым плиткам, наблюдая за действиями брюнетки. Подруга изгибалась, словно змея под тихую и плавную мелодию. Уловив её беззаботный настрой и такт музыки, начала повторять движения, создавая свои. От пленительных и эластичных движений на одном месте до хаотичной траектории движения.

Я и подумать не могла, что жизнь после смерти может так резко перевернуть мою судьбу. Иллюзия прекрасной жизни начала таять, как лёд. Неизвестность пугает. Грядут тяжёлые времена.

Смогу ли я сохранить свою хрупкую любовь человека и человечность, или она станет осколком прошлого?

Я закрыла глаза, отдаваясь ритму танца. Каждое движение предстало в своеобразном прощении. Ещё несколько манящих движений и моё энергичное тело врезается в чью-то грудь.

Самодовольная ухмылка. Пара чёрных, испепеляющих душу и леденящих вены, глаз смотрят на меня. Я не в состоянии оторваться. Они завораживают и оставляют лишь приятное бессилие.