Измерения Тайн

А когда тебе идёт уже второй век, непостоянность увеличивается в разы.

Я откашлялась, заметив возраст бессмертной. Я никогда не задавалась подобным вопросом.

– Значит двухсотлетняя старух…, – запнулась, подавив усмешку. – Будущая Лидер Тьмы поглощена в чувство к Светлому созданию? Тебе не сложно жить с этим контрастом? Огонь в конце растопит лёд, и вода зальёт пожар. В итоге останется лишь пустота и память о былом жаре и сверкающем льде.

– Как ты меня назвала? Старухой?! – девушка засмеялась, бросая вызов шоколадными глазками.

 – Пока что мы на стадии жаркого огня и сверкающего льда. И, как можешь заметить, у нас прекрасные отношения. Правда это не значит, что от воспоминания о Монике мне не больно.

Вновь вернулись к теме, от которой хотелось уйти. Девушка повернулась ко мне и улыбнулась сквозь слёзы.

– Но потом появилась ты. И стала единственной подругой, которая не раздражает меня больше Кая, – брюнетка выдала непроизвольный смешок и порывисто обняла меня, отчего хруст моих костей раздался на всё Измерение, затем начала вытирать следы своей непредвиденной слабости.

Спустя считанные секунды, Мэнди уже ослепила игривой улыбкой.

– Тебе стоит пойти в книгохранилище, Альфред может проверить. И, если тебя там не будет, я не завидую.

Брюнетка вышла вперёд, виляя бёдрами, но остановилась.

– Спасибо, – с теплотой в голосе произнесла она, отчего в сердце защемило, и удалилась в свою комнату.

Мне пришлось последовать совету Мэнди.

В книгохранилище было великое множество пыльных полок, которые я должна протереть и разобрать.

Сгрузила тяжелые сборники и учебники на продолговатый стол, не забывая чертыхнуться про себя.

Их тоже не существует. Чёртиков. Как и Бога. И что же говорят в Измерениях, вместо этой всем известной фразы верующих на Земле? «О Крэдор»?! Как унизительно. Ясно, с чего ни одно существо не выбросило похожее изречение.

Книги упали с грохотом, привлекая внимание. Я почувствовала на себе взгляд леденящих душу глаз.

Лопатки сомкнулись в нервозном вздрагивании. Повернула голову с быстротой, которая только была возможна. В кресле развалился Эдгар, что-то выписывая на листах в книге. Он сделал безразличное лицо, будто и не знает о моём присутствии.

Всё-таки я знаю одного чёрта.

Во мне начал закипать гнев за все наши с ним встречи, которые ни разу не увенчались успехом. За его выходку перед лекцией. Ненависть к его пассии тоже относилась теперь к Лидеру Тьмы.