Университет Ульгрейм. Лицо некроманта

Но когда подошла к двери и уже занесла руку, чтобы постучать… все слова вылетели из моей головы, когда я услышала приглушенное:

– Ты же видел, как она отреагировала?! Да Глория нас слушать не станет!

Ка-а-ак интересно!

Я прильнула к двери и, ничуть не стесняясь, что подслушиваю, включила в очках функцию звукоусиления. Она, конечно, не особо сильная, но в данном случае вполне достаточная.

– Как, по-твоему, я должен был отказать мэру? – недовольно проворчал отец. – Простите, герцог, но после выходки вашего сына моя дочь скорее отстрелит ему самое ценное, чем согласится на свидание?

В библиотеке повисло неловкое молчание.

Значит, милейшему Авирену не понравился отказ и он решил пойти другим путем? Чем дальше, тем интереснее. Что же тебе от меня надо, маг? А то, что ты не просто так вдруг нарисовался, я нюхом чую.

– Может, попробуем ее уговорить? – несмело предложила мама наконец. – Скажем, мол, так и так, Авирен просит прощения за свои необдуманные слова и умоляет дать ему шанс все исправить.

Я закатила глаза. Нет, моя мамуля неисправима.

– Вот такое она точно слушать не станет, – сурово отрезал отец. – Нет, думаю, стоит сказать ей правду. Что никто ее ни к чему не принуждает, но Авирен будет ухаживать. И попросим сходить на два или три свидания, чтобы потом ее отказ не выглядел пренебрежением. Скажем, что не подошли по характерам, и все, мэр отстанет.

– А вдруг у них все получится, – не сдавалась мамуля.

– Ты что, Альвина, дочь свою не знаешь? – вздохнул папа. – Глория злопамятна и довольно непримирима. Потому не думаю, что Авирен получит ее прощение.

– Да, но…

Так, все, хватит. Основные сведения я получила, дальше выслушивать надежды маменьки нет смысла.

Я убрала очки наверх и решительно постучала.

– Предупреждаю, как вы и просили, – безмятежно произнесла я, когда вошла в библиотеку. – Иду гулять с Марком, к ночи буду.

Главное, сделать вид, что не ощущаю, насколько они напряжены.

– Дочь, ты… – начала было мама, но отец ее поспешно перебил.

– Иди, конечно. – Он махнул рукой, а затем строго спросил: – Мой подарок при тебе?

– Конечно, – невольно улыбнулась я, скользнув пальцами по одной из сережек – на вид простенький серебряный гвоздик в виде цветка. Ничего особенного. Но только на вид. Это был подарок отца, мощнейший артефакт, которым папочка постарался обеспечить мою целость и невредимость во многих ситуациях.