NPC. Пробуждение

Я также давно привык, что этот жук не несёт никакой угрозы, так как моя дочь изо дня в день приносит одного и того же жука. То ли он полностью сытый, то ли не чувствует угрозы от детских ладошек – Рену он ещё ни разу не укусил.

Позади меня вдруг выскочила её мать и негодующе запричитала:

– Рена! Это короед! Брось его!

И очень быстро, наотмашь ударила девочку по рукам какой-то тряпкой.

– Ты совсем голову потерял, Маркус?! А если бы он укусил нашу дочь?! – возмущённо прошипела мне в лицо эта симпатичная брюнетка с завязанным на голове белым платком.

Одета она была в коричневое свободное платье, слегка скрывающее её стройную фигуру.

– Успокойся Тайя, жук был сытый, – улыбнулся я, ударил по убегающему жуку ботинком и получил от него странный нолик перед глазами.

Я не ожидал, что моя супруга появится позади, но знал, что если хоть немного и «по-оригинальному» начать свой день, то в последствии, завершение может быть непредсказуемым.

– Да что ты за ересь несёшь?! – недовольно шикнула моя жена и, приобняв расстроившуюся дочку, повела ту в комнату.

Вот так мы и живём изо дня в день. Я уже потерял точный счёт, сколько дней прошло. Сбился приблизительно на шестисотом. Каждый день практически одно и то же. Тайя с утра будит меня поцелуем в щёку, потом мы завтракаем лепёшками с варёными яйцами, я подготавливаюсь к завтрашней охоте на оленя, а дочь приносит в дом в своих руках ядовитого жука-короеда. И моя жена ещё ни разу мне не поверила, что жук никого не укусит, так как с наступлением следующего дня она всё забывает.

Кто я, собственно, такой? Моё имя – Маркус Ворд. Я охотник из деревни Шайлинка, отставной декан на пенсии. Мы с семьёй живём на отшибе, и в километре от нас нет ни одного соседа. Иногда с жителями деревни я говорю по сценарию – слова, что сами вырываются, когда кто-то что-то спрашивает. Хотя за эти годы я научился противостоять этому странному порыву.

Почему никто больше не видит, что дни начинаются одинаково – Оркус его знает. У меня даже иногда возникает вопрос: «Правда ли я Маркус? Может, всё вокруг ненастоящее?».

– Эх… Я когда-нибудь дочищу свой арбалет… К кузнецу сбегать, что ли?.. – вздохнул я и, взяв его в руки, продолжил надраивать ветошью. Одновременно наблюдая процентную шкалу «ремонта», которая еле как дошла до тридцати процентов. – Кузнец бы починил пятью ударами… – буркнул я.