Точка окончательной коррекции. Уровень 1. История Ханова

Выйдя из душа, Кекс первым делом посмотрел на ночник. На нем содержался весь гипнотекст за ночь. Ключевыми словами этой ночи были: «Хочу пожрать – возьму кредит в Индепенс», «Марс рядом – пилотом буду я!», «Мне похрень – я счас лив», «Жажда – купи пончик». Зазубрив текст, Кекс выключил ночник и обесточил АЗУ. Потухший экран защиты сразу дал ОЗИИ о себе знать зудом и головной болью. Впрочем, вовремя – в дверь раздался мелодичный стук подкованных металлом ботинок. Кекс поспешил открывать:

– Аа-а – это вы, Джуль! А я и не знал.

– Хочу пожрать! – сразу с порога взял быка за рога Леветаль, попутно быстро и уверенно проводя осмотр жилплощади Кекса.

– Возьми кредит в Индепенденс! – с радостной улыбкой прожужжал Кекс. – Мне похрень!

– Я счастлив! – на автомате ответил Левенталь и кисло нахмурился. – Жажда…

– Купи пончик! – лениво прожужжал Кекс с той же нагло радостной улыбкой. – Марс рядом!

– Пилотом буду я! – с еще большим недовольством ответил Левенталь.

– А это кто? – ответил Кекс и постарался улыбнуться как можно естественней. Переход на гипноключи прошлых месяцев означал наличие сомнений и подозрений у дежурного эклера.

– Не важно! – устало рявкнул Левенталь и уходя спросил. – Вот почему у тебя Кекс не все как у людей? Все знаешь, но ведешь себя не патриотично. Ты коммунист, соц или рашист?

– Ни в коем случае! Огги, храни Рика и ОГА! – засуетился Кекс, доставая НЗ для особого случая.

– На работе – не меньше поллитра! – по рашистки ответил Левенталь и они чокнулись.

После хрустящего огурчика эклер приобрел пушистый характер:

– Вот смотрю я на тебя, Кондратий, – нормальный, преданный дерьмократии и араолигархам бро! Но все у тебя как-то не так, путиным пахнет!

– Откажи мне в сексе опа, храни черная пятница и святой Алентин!

– Не надо так, пусть твоя опа на Алентинин день всегда дает мягкий ход! Я ж пошутил. – примирительно промычал Левенталь и закатил глаза.

Кекс нежно взял в руки обмягшее тело и положил его на диван-унитаз. Через полчаса Левенталь открыл дважды осоловелые глаза и довольно твердым голосом сказал:

– Вот скажи мне Кекс. Почему утром после промывки ОЗЗИ у тебя глаза ясные, а осоловелые становятся только после водки?

– Ты о чем, бро? Я каждый день начинаю с душа! – бодренько отбил прямой удар Кекс.

– Аа-а, с душа… угу… ну тогда понятно, дружище бро. Ну я пошел.