Избранная пламенем

 – Причастна ли я к исчезновению Диметры?

Произнеся это, женщина махнула рукой в сторону портрета на стене.

– Да, господин Кохилас, – довольно призналась невестка, повышая голос с каждой фразой. – Твоя золотая девочка сбежала с Олимпа с моей помощью! Я подкупила слуг и выпустила шаттл с планеты. А пока ты искал её, я упивалась твоими страданиями! Как и моя родня, что отравила твою драгоценную Амфитриту! Ты эти признания от меня ждал столько циклов?!

– Да, – коротко ответил Лакрид, устало откидываясь на резную спинку кресла.

– Что ты теперь намерен сделать со мной? – с бравадой в голосе произнесла Аурания. – Я всё еще твоя невестка и Кохилас. Ты мой протектор.

– Твою судьбу решит мой внук, – произнес Лакрид, мрачно глядя на невестку.

После этих слов в глазах пленницы зажглась неуверенность и паника. Но она стиснула зубы и замолчала, не зная, чего ожидать. Зейн находился в раздумьях с самого нападения Тимейоса. Вся эта ситуация была проста как день, и вулкан никогда не щадил своих врагов.

Единственный выход, который видел вулкан – запереть её, но простого ограничения перемещений стало недостаточно, после того как Аурания призналась, что подтолкнула его маму к побегу, который обернулся для Диметры долгими страданиями.

– Зейн, как ты решил поступить? – тихо спросил Лакрид.

– Судьба этой женщины – Триргунд, – коротко ответил вулкан, глядя в глаза Аурании.

Глава 5

Дед долго еще улыбался, когда слуги увели Ауранию из кабинета.

– Столь изощренной мести даже я не смог бы придумать. Особенно, когда ты озвучил, что такое Триргунд.

– Она заслужила, – пожал плечом Зейн, глядя на портрет матери. – Если бы не эта женщина, моя мать не знала бы столько печалей.

– Ты прав и справедлив, внук. Это хорошо, – кивнул Лакрид.

– Дед, – впервые Зейн обратился так к родственнику. – Я хочу забрать кое-кого из той шахты, в которой ты меня нашел.

Хозяин виллы молча ждал продолжения, внимательно слушая внука.

– Друга. Мы выросли вместе. Я многим обязан Драгосу.

– Как пожелаешь, – тихо произнес пожилой мужчина, почувствовав, что Зейн немного открылся ему. До этого момента внук редко говорил с ним, в основном слушая.

Дорога обратно в шахту была недолгой. Часть времени вулкан провел в объятьях Теодоры, которая была пассивна и молчалива.