Во тьме

– О, да, владыка! – раздались одобрительные голоса придворных. – Соур заслужил похвалу и награду.

– Что думает по этому поводу сам повар? – насмешливо уточнил хозяин «антидворца».

– Моей заслуги тут нет, повелитель, – с оттенком неудовольствия ответил Соур. – Все это работа госпожи Альды.

Мужчины замолкли с похвалами и обратили внимание на неё. «Им сложно признать, что женщина может справиться с поставленной задачей?» – хмуро заметила принцесса, поняв, что комплиментов не будет.

– Значит, повелительница Даркраста заслужила похвалу и награду, – одобрительно произнес Сверр, незаметно для всех продолжая все это время поглаживать её ногу.

– Я приму все, чего ты посчитаешь меня достойной, владыка, – елейно произнесла Альда, насколько смогла с учетом жуткой головной боли.

– Ты угодила не только мне, но и каждому в этом зале, – кивнул он на притихших вельмож. – Значит и награда будет столь щедрой.

– Как насчет прощения? – тихо пробормотала женщина только для мужа.

– Разве оно тебе нужно? – в тон ей отозвался мужчина.

– Да, – уверенно произнесла принцесса. – В тот момент, когда я совершу непростительный поступок, ты вспомнишь об этом обещании.

Немного подумав, владыка уже заставил её занервничать, но потом тихо сказал:

– Хорошо. У тебя есть право на прощение. Один раз.

Эти слова облегчили душу Альды. Хоть кредит доверия и был одноразовым, все же это шанс, который ей, несомненно, понадобится. Вообще все происходящее было странным. Принцесса ожидала, что проснется прикованной или еще хуже – сразу в кандалах и в темнице.

А тут ни упрека, ни грозного взгляда, хвалит, да еще и наглаживает. Как-то сложно верилось в чудо. Они со Сверром не были друзьями или союзниками, по сути, она не знала мужа. Начало их брака нельзя назвать прекрасным, да и вчерашний день не стал примером для подражания, ни с одной из сторон.

Решив на больную голову не делать каких-либо выводов и не приписывать владыке эфемерных заслуг, Альда после завтрака вернулась в покои и улеглась спать.

Автодоктор мог залечить любые раны и порезы, даже серьезные, но, к сожалению, похмелье к ним не относилось. Плохие решения имели дурные последствия, и принцесса в полной мере постигала смысл этой фразы. Помимо шумного набата под черепной коробкой, принцесса едва стояла на ногах из-за прошедшего усердного исполнения супружеского долга, тем отвратительнее казался свежий и бодрый Сверр, расположившийся на троне решать насущные дела.