И это пройдет…

– Еще бы, я с братом поспорила на 10 рублей, что смогу все выучить и выступить, – надув губы, ответила Полина, – так бы я ни за что сюда не пришла.

Аню снова кольнула зависть, выходит, что для новой знакомой сегодняшний конкурс ничего не значит кроме спора с братом. А для нее это шажок к мечте всей жизни, и очень возможно, что она его провалила. Какой ужас! Аня не сразу обратила внимание на легкий смешок где-то у себя за спиной. Звук повторился. Аня повернулась, сзади нее стоял мальчик, он сердито смотрел на Полину, выдыхал сильно, так, что длинная, давно не стриженная челка подлетала вверх.

– Всем расскажешь, что выиграла? – подходя к сестре и протягивая помятую грязную десятирублевую бумажку, спросил он.

– Конечно, не только же ты умеешь кривляться, – сказала Полина и высунула язык, – вот так вот, будешь знать, как зазнаваться.

Мальчишка посмотрел на Олю.

–А ты все равно иди, хоть попробуешь, никто тебя там не съест, – он ободряюще улыбнулся и похлопал девочку по плечу.

Оля сделала несколько неуверенных шагов, ноги ее подгибались.

Словно улитка ползла она к микрофону. Шумно втягивала носом воздух, слёзы щипали ей глаза, и вдруг она решила: надо спеть!

Идет кисонька из кухни.

-Мяу!

У ней глазоньки опухли.

-Мяу!

О чем, кисонька, ты плачешь?

-Мяу! Повар пеночку слизал

Да на кисоньку сказал!

Оля старательно тянула мяу, с каждой нотой ей становилось все легче. Не зря она пела в хоре. Волнение прошло, она вдруг почувствовала томительное удовольствие, такое же как на концерте в парке.

Закончив свое маленькое выступление, она поклонилась и с чувством собственного достоинства удалилась за кулисы.

– Ты молодец, – сказал мальчишка. Он снова улыбнулся ей.

Оля точно знала, что его теплый взгляд предназначен ей одной. Сердце застучало синкопой. Она влюбилась.

Аня была слишком занята своими переживаниями, чтобы обратить внимание на Олю. Она всегда знала, что та хорошо поет, они часто устраивали маленькие домашние концерты.

Играли в 4 руки на фортепиано. У Оли получалось лучше, но Аню это никогда не огорчала. Она не жила музыкой так, как подруга. Ей не очень нравилась классика, она не выносила скрипку и орган. Зато любила арфу. Для Оли музыка была чем-то большим. Она погружалась в биографии композиторов, тонко чувствовала звуковые сочетания. Ей, в отличии от Ани, легко давалось сольфеджио. Аня уже три года ходила в музыкалку, но у нее никак не получалось построить правильно аккорд.