И это пройдет…

Она прекрасно знала, что капризничать и упрашивать маму бесполезно, если она что-то решила, значит так и будет. Аня махнула Оле рукой, приглашая ее в сад. Из динамика серого музыкального центра доносился бархатный голос Александра Малинина:

«И была соседка Клава

20 веселых лет.

Тетки ахали: «Шалава»,

Мужики смотрели вслед,

На правах подсобной силы мог я в гости заглянуть,

Если Клавдия просила застегнуть чего-нибудь…

Где-то за окном

Словно за бортом

Вдаль плывет мое детство,

Леди Гамильтон,

Леди Гамильтон,

Я твой адмирал Нельсон.

Как она ждала,

Как она звала,

Как она пила виски.

Леди Гамильтон,

Леди Гамильтон,

Ты была в моей жизни[9 - Александр Малинин «Леди Гамильтон»]…»

Около стола разговаривали две женщины: одна-высокая, рыжая, в зеленом льняном платье, другая- миловидная блондинка с острым взглядом:

– Любопытное исследование, и на сколько продлевает жизнь подобное сердце? -спрашивала рыжая.

– Пока сложно сказать, но срок эксплуатации заявлен как 18 месяцев, – отвечала блондинка.

– Ну надо же, как интересно. Правда до нас это еще не скоро дойдет, наша онкологичка поддерживающие препараты закупить не может, да что там, мы пластыри послеоперационные просим родственников пациентов самих покупать. Ты же знаешь, те, что у нас в расходе есть и на целую кожу лучше не клеить, что уж говорить о раневой поверхности. Швы снимать и так не самое приятное, а с этим пластырем и вовсе превращается в пытку, -покачала головой рыжая.

– Кому ты рассказываешь, я старух не знаю чем лечить, в аптеку зайдешь- цены космос, я им навыписываю, а они все одно ко мне с «Валидолом» идут, – сетовала блондинка,– ну вот и что толку от всех этих конференций, я сижу, слушаю, как фармацевтические представители рассказывают нам о замечательных чудодейственных таблетках, а назначить их можно единицам.

– Это точно, а БАДы эти дурацкие или другое мракобесие? У меня на той неделе тетка с ракухой в четвертой стадии на прием пришла. Мать честная, я ее спрашиваю, что же она так затянула.

А она мне и говорит: «Я вот дрожжи пивные пила, думала грудь от этого и растет». Ты представь, у нее шишка, блин, с перепелиное яйцо, а она дрожжи! Вот теперь всем отделением не знаем, что с ней делать, – возмущалась рыжеволосая.

Оля взяла маленькую тарелочку, положила на нее черешню и уселась на ступеньках рядом с Аней, которая за обе щеки уминала кусок шашлыка.

– Это кто? – указывая глазами на разговаривающих женщин, спросила Оля.