Грязная Гарди

Еще минуту назад Гарди гадала, как бы повежливее свалить домой, а в следующий миг почувствовала, что никуда отсюда не уйдет, даже если Кир будет гнать ее метлой. То ли поспевший пирог наполнил атмосферу нужным настроем, то ли ромашковый чай растопил собравшийся между двумя людьми лед, но после двух чашек и большого куска горячего пирога Гарди как никогда чувствовала себя отдохнувшей и наполненной приятной истомой. И даже болтовня Кира о цветах, на которого, вероятно, ромашковый отвар тоже подействовал, уже не раздражала, а казалась даже интересной.

Не иначе как сын ведьмы подмешал в тесто любовные травки, потому что мысли ее все больше устремлялись в одном, не совсем приличном направлении.

После третьей чашки Гарди, не совсем себя контролируя, спросила:

– Я останусь у тебя на ночь?

Кир ответил без промедления:

– Конечно! Я постелю тебе в сарае.

После этого остатки ледяного крошева превратились в теплую воду. Сначала захохотала Гарди, а потом и Кир, цвет лица которого хоть и стал похожим на цвет роз в его теплице, но постепенно побледнел, приходя в нормальное состояние.

– Не спишь с незнакомками? – съязвила Гарди, совсем не чувствуя себя уязвленный. Первый раз она задала подобный вопрос мужчине и первый раз получила отказ, но на душе было легко и свободно. «Это хороший парень», – сказала она Грязной Гарди, которая сейчас едва ощущалась.

Вместо ответа Кир принялся суетиться по дому, показывая ей разные «сокровища»: вазу с щербатыми краями, доставшуюся от матери, амулет из клыка незнакомой твари, голову которой он как-то нашел у себя в огороде, и старую книгу, страницы которой были переложены сушеными цветами и листьями.

Ничего этого не могло понравиться Гарди Грязной, но Гарди Новая вдруг поняла, что не против обзавестись новыми интересами. Пусть это будут цветы. По крайней мере, Кир о них рассказывал с таким жаром и увлечением, что мог заразить любого.

– Местные говорят, что ты оборотень, – сказала она то, что хотела произнести весь вечер. Но слова появились только сейчас – когда он проводил ее, и Гарди оставалось лишь открыть решетку ворот, чтобы оказаться дома.

Усадьба Алисии возвышалась в ночи мрачной громадиной и, похоже, совсем не была рада возвращению новой хозяйки.

– А еще они говорят, что звезды – это глаза фей, – улыбнулся Кир. На какой-то миг ей показалось, что он ее поцелует, но легкий наклон головы превратился в прощальный кивок, и вот фигура знакомого незнакомца уже растворялась в ночи.