Пламенные крылья

Чиновники – вот, кто должен эмпатов бояться. В начале года по новостям передавали, как эмпаты навели порядок на какой-то там колонии. У нас также будет. Станем жить лучше.

На этой оптимистичной ноте семейный ужин решили закончить.

Мыть посуду отправили, разумеется, Абель – за опоздание.

Вода текла из крана тонкой струйкой, временами переходящей в капель. Водопровод засорился еще на прошлой неделе, нужны было перебирать трубы, искать засор, а у отца, который был единственным, кто соображал в это деле, все не было времени.

Абель заткнула слив и умудрилась наполнить раковину водой, скрыв под грязноватыми разводьями груду посуды. Ухватив мыло двумя руками, чтобы не потерять, она утопила и его, взбивая пену до тех пор, пока поверхность ее личного пруда не покрылась разноцветными пузырями. Среди них живописно плавали куски пищи, оставшиеся на тарелках. Так посуду не мыли, и мать бы ей всыпала за расточительство, но Абель хотела расслабиться. Вода с пеной вызывала у нее приятное томление на сердце, воспоминание было связано с чем-то давно забытым, теплым, родным, но никогда не принимало четкие формы, всегда оставаясь лишь водой с пеной.

В их доме не было душа, мылись в общественной бане, но Абель знала, что в городе были богатые дома с ваннами и даже бассейнами. За короткое лето она успевала пару раз искупаться в вечно холодной реке, но мечта оставалось мечтой – ей хотелось ванну с пеной.

Пена на руках увлекла ее мысли еще к одной странности, с которой Абель столкнулась совсем недавно – сегодня днем.

Пытаясь прийти в себя после встречи с Ратом, она добрела до кромки леса, где нашла кое-что странное. В небольшом котловане в окружении похожего на пену вещества лежало огромное серое яйцо, величиной с хорошую дыню. Обычно такие ямы оставались после падения метеоритов. Антиметеоритные зонды справлялись плохо, и только за прошлый год на Козодой упало не меньше сотни метеоров. Но в котловане лежал не камень из космоса, а яйцо, причем наполовину треснувшее. Абель тщательно изучила яйцо, но кроме трещины, проходившей по всей длине, других примет в находке не было.

Яйцо было холодным, легким и с невероятно прочной скорлупой золотого цвета – она не разбилась даже когда она стукнула по нему камнем. Абель вынула яйцо из ямы и, подумав, спрятала в своем тайнике в дереве. Дупло было у самой земли, но вся хитрость заключалось в том, что в норе имелось второе дно, которое Абель смастерила из старого корня, присыпав сверху землей.