Сага о халруджи. Книга 5. Тайны Древних

Там, в пещере, суеверные ученики имана повязали ему лентой глаза, чтобы случайно не столкнуться со взглядом слепого и не оказаться проклятым, но, когда етобары тащили его к арене, повязка затерялась. И сейчас етобар, который был все-таки сначала кучеяром, а потом наемником, взглянул прямиком Арлингу в глаза. Регарди почти физически ощутил, как тот побледнел и отступил, решив дождаться смерти Хамны, а потом уже разбираться со слепым сообща с другими сектантами. Те, кто стоял поблизости, уже давно косились на Регарди, который разговаривал сам с собой.

– Быстро схватываешь, – похвалил его Нехебкай. – Второе условие. У меня есть дочь, и у нее сейчас не все хорошо. По правде, только один в мире способен на невозможное. Ты знаешь, о ком я.

Невозможное сотворил Тигр Санагор, который превратил слепого калеку в безумного убийцу. Иман был последним человеком, с которым Арлинг сейчас хотел встречаться. Если бы речь шла о чьей-либо другой дочери, Регарди бы согласился, особо не думая, но когда о своем ребенке просил бог, пусть и существующий сейчас только в его голове, спешить не стоило.

Тем временем Хамна наступала на соперника, нанося удары саблей с бешеной скоростью. Арлинг пропустил момент, когда она выбила клинок у противника, но чувствовал, где он лежал – в трех салях от стены, в пятнадцати от самого Регарди. Прежний Арлинг бы успел.

Теперь в руке етобара был только нож, но он казался змеей, атакующей с потрясающей скоростью. Лезвия клинков выбивали искры, скрежетали и звенели под барабаны, грохочущие в ушах Арлинга.

На самом деле гремела дверь, которая с трудом сдерживала натиск того, кто пытался вырваться наружу. Теперь уже все етобары, что следили за поединком внизу, сосредоточились у двери, наставив на нее копья. Те, что занимали места наверху арены, тоже беспокоились. Очевидно, львы, выбивающие дверь, в сценарий ритуала не входили. Впрочем, самих львов Арлинг не слышал уже давно. И его волновало то, что он не слышал, как они умерли.

– Возможно, – глухо сказал он, не имея ни малейшего желания искать дочь Нехебкая, а тем более, спасать ее.

А уж с иманом общих дел пока и вовсе не хотелось иметь.

– Да или нет? – рявкнул Индиговой в его голове.

– Назови третье условие, – потребовал Регарди. – Сейчас.

– Ты узнаешь его от Видящей, – туманно ответил Нехебкай.

– Не согласен.

– Да у тебя нет выбора. Ты же не хочешь здесь помирать. У тебя Магда.

– Умру я, сгинешь навек и ты. У меня тоже есть условие.