Сага о халруджи. Книга 5. Тайны Древних

Да или нет? Принимаешь меня, или гремер сейчас всех сожрет?

Арлинг хотел задать сто и один вопрос про гремера, но времени, действительно, не осталось. Хамна со своим соперником окончательно определились и, бросив поединок, карабкались к лавкам, туда, где чудовище увязло в массе етобаров, которые буквально повисли на нем, облепив со всех сторон. Вот только Арлинг слышал, что никто из этих людей уже не дышал, жизнь ушла из тел, наколотых на шипы, которые тварь неожиданно выдвинула из груди и спины почти на полсаля.

Хамна и один из последних етобаров спешили на свою погибель.

– Принимаю, – сказал Арлинг, где-то в глубине души чувствуя, что совершает ошибку.

Ему показалось, что он потерял сознание лишь на секунду. Мир перестал пахнуть, шевелиться и издавать звуки совсем на короткое время, но когда очнулся, понял, что лежит не на арене, а на каменных лавках зрительских рядов, где-то наверху, почти под небом. Его окружала тишина, изредка нарушаемая шепотом Магды.

Видящая была далеко, но, кажется, сейчас он был способен слышать ее отовсюду.

Когда небо расколется,

Когда звезды осыплются,

Когда моря перельются,

Когда могилы перевернутся….

Тьма кровеносная мир накроет,

Огни замерцают.

Тебя пригласили на танец смерти.

Нельзя отказаться.

Левая нога Регарди ныла, но то была тупая боль, словно от застарелой раны, которую разбередила непогода. Мышцы правой свело, но стоило ему переключить внимание на ноги, как боль отодвинулась на задний план, и конечности сразу повиновались, будто нашкодившие ученики, которые сбежали с уроков, но которых вернули обратно.

Арлинг спрыгнул со скамьи, тут же пожалев об этом. Может, ноги его и слушались, но отсутствие тренировок давало о себе знать – он едва не подвернул ступню с непривычки.

– Ты там? – позвал он Нехебкая, но услышал лишь грохот разбиваемого камня. Арена опустела. Ветер завывал между рядами, скреб отполированные человеческими телами сиденья, гонял песок и мелкие камешки по лавкам, крепчая с каждой секундой.

Мертвецы валялись повсюду. Воздух отяжелел от крови, и, если бы не ветер, в нем можно было захлебнуться. Солнце почти село. Видящая шептала о кровеносной тьме, и не ошибалась.

– Я всегда услышу тебя, Магда, – ответил ей Арлинг, опускаясь к ближайшему мертвецу. Нехебкай выполнил свою часть сделки. Тело слушалось плохо, но подчинялось.