Зимняя гостья

Высокий, ладно скроенный, худощавый, с умным лицом и аккуратной стрижкой, не типичной для провинциалов, друг герцога мог быть сердцеедом, если бы не мрачный взгляд темных глаз, которым он одаривал каждого, кто хотел с ним заговорить. Кларисса предпочла выбрать жертву полегче и пронеслась мимо сумрачного типа побыстрее.

Мирте понравился его камзол, расшитый драконами, и в другой ситуации она повертелась бы рядом, рассматривая рисунок, но за ней пристально наблюдали тетки, которым было важно, чтобы невеста герцога «держала лицо».

На их языке это означало: холодный тон, снисходительный взгляд, никаких улыбок, прямая осанка, гордо вздернутый подбородок. Так Мирта и прошествовала сквозь гостей, выдохнув с облегчением, когда демонстрация превосходства Готтендамеров закончилась, и ее поволокли наверх в «лучшие» покои.

Там и случилась заминка, а за ней еще одна встреча с угрюмым гостем, которая позволила Мирте, наконец, разглядеть драконов, пока тетка Асмодея ругалась с прислугой. А дело вышло так.

Дверь в заветную спальню уже манила Мирту обещанным покоем, когда тетка Асмодея вдруг остановилась у резкой арки с золоченными витыми колоннами, в нише которой скрывались створки дверей, покрытые красивыми узорами.

Арка находилась в удалении от других покоев, где расположили знатных гостей, и сразу привлекла внимание Асмодеи.

– Что это? – требовательно спросила она, подражая тону Клариссы Вермонт. Мирте захотелось, чтобы хозяин поставил наглую Готтендамер на место, но Патрик Скобесски лишь снова откланялся и промямлил:

– Эти покои господин Леон занял, он раньше других прибыл.

– Мы его выселяем, – заявила Асмодея уверенным тоном. К ней на выручку спешила вторая жена полковника и еще одна тетка – Сильвия. Завидев подкрепление противника, Патрик не смог сдержать натиск и открыл двери, впуская гостей в покои.

Мирта до того устала, что входить не стала, предоставив теткам удовлетворять амбиции. Знала, что вмешиваться бесполезно. Опыт показывал, что ее начинали слушать, лишь когда дело касалось уроков пения.

Мирта, и правда, хорошо пела и даже когда-то любила это делать – до того, как ее стали заставлять петь на всех смотринах. На новогоднем балу герцога ей предстояло исполнить с десяток баллад, текст которых она выучила плохо. Потратила время на рисование, прощаясь с холстами и красками – временно, как Мирта надеялась. Тетка Сильвия тоже забегалась, и урок Мирты не проверила. Девушка надеялась выучить слова в дороге, но сейчас не было сил даже на это.