Как в японской дораме

Я очень быстро погружалась в дремоту. В сонном разуме мелькал разноцветный калейдоскоп разнообразных мыслей и кадров прошедшего дня. Я уже почти утонула во сне… и сквозь его туман почувствовала, как по моей руке скользит что-то тёплое и ласковое… Встревоженный разум попятился обратно в реальность… Очень медленно, лениво пытаясь осознать, что же так приятно прикасалось ко мне. Но лишь, когда шею обожгли горячие губы, меня вдруг выбросило из сна, и я распахнула глаза.

Резко повернув голову, я разглядела в темноте склонённое надо мной лицо, прикрытое длинной чёлкой.

Соби! Я моментально приняла сидячее положение и со всей силой вспыхнувшей злости столкнула мерзавца на пол.

– Ты совсем свихнулся?! – вскричала я. – Решил, если я впустила в дом, то впущу и в постель?!

– Ми-милена, Милена-тян… не надо… – проблеял парень, робко выглядывая из-под кровати. – Не кричи… я то-только хотел…

– И так ясно, чего ты хотел, кобель!

– Хотел отблагодарить… до-доставить удовольствие…

– Смотри-ка, какой самонадеянный! С чего ты взял, что твои ласки доставят мне удовольствие? В качестве благодарности можно быть просто нормальным человеком.

– Ми-милена…

– Пошёл прочь!

Я была зла, как никогда. Надо же какое оправдание он себе придумал – «отблагодарить»! Весь день невинной овечкой прикидывался. А вот теперь выставил наружу всю свою мерзкую волчью сущность.

– Гомэн[4 - Извини.], Милена-тян… Я…

– Ещё одно слово, – прошипела я, уничтожая взглядом, – и выставлю тебя вон из дома!

Соби понял наконец, что сейчас со мной лучше не спорить.

Не спеша он стал подниматься с пола. Я смотрела на него с презрением. И лишь теперь заметила, что парень был без майки, с голым торсом. А вдруг на нём и штанов нет? Испугавшись, я крепко зажмурилась, не желая видеть это ужасное зрелище. Но всё-таки женское любопытство взяло своё, и чуть погодя, я осторожно приоткрыла один глаз. Нет, брюки на парне присутствовали. Этот факт позволил мне слегка расслабиться и даже немного остыть.

Сгорбившись, Соби медленно покидал территорию моей спальни, что-то едва слышно бормоча себе под нос. На меня, наверное, ругался. В конце ворчания парень вдруг резко хлопнул себя полбу и шумно с трагедией выдохнул: «Бака![5 - Дурак!]»

Я легла и натянула одеяло до самого подбородка. Сон улетучился. Вот ведь мерзавец! Оригинально он задумал отблагодарить меня. Словно альфонс какой-то. Интересно, сколько ему лет? Двадцать пять, двадцать семь, не больше.