Как в японской дораме

 – Что у тебя нового, Милена?

– Я купила большое зеркало в ванную комнату, – охотно похвастала я.

– О! Наконец-то! – похвалила Карина. – Теперь ты умываешься без табуреточки?

– Теперь я вижу себя по пояс. Оно очень красивое с рисунком по краям и с полочкой…

– Дорогое? – спросила Павла, которая чаще судила о вещах по цене.

– Не очень. Но и не дешёвое.

– А ты, Павла, помирилась наконец со своим Вольдемаром? – перевела Карина своё внимание на другой субъект.

– Ещё в пятницу, – лениво улыбнулась Павла.

 – Но сегодня снова поссорились.

– Что на этот раз?

– Этот неуклюжий мерзавец пролил кофе на совершенно новую атласную простынь.

– Он же, наверное, не специально.

– Какая разница? Вещь-то теперь испорчена. Не буду с ним разговаривать, пока не купит точно такую же простынь.

– Карина, а тебе родители звонили? – поинтересовалась Мария. – Что там с твоим женихом?

– Звонили, – недовольно буркнула Карина. – Ахмед согласен взять меня в жёны.

Семья Карины жила в небольшом посёлке под Казанью.

Девушка против воли родителей уехала в Москву учиться, а потом осталась здесь жить. Скрипя сердцем, родители её простили, но беспокоясь, что дочь в чужих краях прервёт связь с предками и отойдёт от истинной веры, они постоянно сватали её, подбирая в мужья татарина-мусульманина. А Карина постоянно всем отказывала.

– Хоть бы его фотографию тебе прислали, – продолжала Мария.

– Прислали. Он мне не понравился.

– А сколько ему лет? – спросила я.

– Тридцать два, кажется.

– Староват для тебя.

– Да, тридцать два, это уже старость, – тоскливо вздохнула Анна, которой недавно стукнуло тридцать четыре.

– Я не говорю, что он старый, – поспешила оправдаться я. – Просто Карине нужен мужчина помоложе. Тем более в мужья.

– Твой Игорь рядом с ним дряхлый старик. – Павла не упустила возможность уколоть меня.

– Но я же не собираюсь за него замуж, – парировала я.

Отчёт не сходился, и в поисках ошибки я уже в который раз скрупулёзно просматривала цифры в счетах. В офисе установилась относительная тишина.

Мои коллеги так же занимались расчётами. И лишь радио распространяло в воздухе негромкую музыку. В обеденный перерыв я сходила на почту, отправила домой посылку, а после вновь углубилась в начинавший нервировать отчёт.

Зазвонил телефон. Не отвлекаясь от цифр, я на ощупь взяла трубку.

– Бухгалтерия.

– Привет, Милена, – отозвался негромкий голос со знакомым акцентом.

Внимание, естественно, тут же отстранилось от отчёта.