Ливень в графстве Регенплатц

– Кто приказал? – Клос был напряжён.

– Не знаем.

– Опять!

– Мы правда не знаем! – подхватил худощавый. – В кабаке к нам подсела молодая девушка и сказала, что если мы исполним эту работу, то нам щедро заплатят. Деньги потом тоже она приносила.

– То наверняка была служанка. И она ни разу не обмолвилась и не выдала имени своего хозяина?

– Нет. Она и своего имени не сказала.

– У неё не хозяин, а хозяйка, – уточнил низкорослый. – Мы тогда той девчонке в шутку предложили присоединиться к нам и шантажом потребовать ещё деньжат у этого кровожадного заказчика, но она гордо заявила, что её хозяйка весьма влиятельная в Регенплатце особа, и нам до неё ни в шутку, ни всерьёз не добраться.

Клос Кроненберг задумался, услышанное породило в его голове страшные догадки. Он хотел сомневаться в них, но не получалось.

– Ну, вот видите, как хорошо говорить правду, – сказал он бродягам. – Вы избавили себя от пыток.

– А от виселицы? – с надеждой в глазах спросил низкорослый.

Клос усмехнулся – какие нахалы!

– Вам предстоит наказание пострашнее, – ответил он.

 – С вами хочет говорить отец той несчастной девушки, которую вы зверски загубили. Не думаю, что он будет добр с вами.

Как только увели пленников, Клос Кроненберг немедленно послал слугу за Ахимом Штаузенгом, и вскоре тот прибыл в замок поместья Кроненберг. Клос встретил его и проводил в свою комнату.

– У меня для вас новости, гер Штаузенг, – без лишних слов сообщил Клос. – Сегодня были пойманы убийцы вашей дочери Эльзы.

– Слава Богу! – выдохнул Ахим. – Разбойники не скрылись от наказания. Они у вас?

– Да, в подземелье.

– И они во всём признались?

– Угроза пытками быстро развязала им языки. А вот по поводу их признания, мне хотелось бы с вами сёрьёзно поговорить.

– Я весь во внимании.

– Бродяги признались, что убийство Эльзы им было заказано.

– Как заказано? – опешил Ахим. – Кем?

– Одной дамой, занимающей в Регенплатце весьма высокое положение.

– Дамой?.. Заказано дамой?.. – Ахим Штаузенг никак не мог в это поверить.

 – Да кому моя дочь могла столь сильно мешать, что её захотели убить?

– Имени той дамы бродяги не знают. Но вы подумайте сами…

Ахим нахмурил лоб в размышлениях, и довольно быстро его осенила догадка.

– Неужели?.. – Но нет, в его голове никак не приживалась эта мысль. – Неужели ландграфиня Патриция фон Регентропф?

– Я пришёл к такому же выводу.

– Но она такая милая добрая женщина… Нет, она бы на такое не пошла.