Ливень в графстве Регенплатц

 – Боже, она без сознания! Ей плохо! Гойербарг!

– Лекаря! Лекаря скорей! – подхватила окружившая Генриха толпа, совсем забывшая об истинных виновниках торжества.

– Я здесь, ландграф, – пробрался сквозь народ Питер Гойербарг.

Он нащупал пульс на запястье женщины и распорядился:

– Её нужно немедленно вынести на воздух.

Генрих бережно поднял Патрицию на руки и быстро направился к выходу. Толпа как могла, расступалась, пропуская сквозь себя шедшего с драгоценной ношей ландграфа. На полпути Генрих остановился и обернулся.

– Прошу праздник продолжать! – громко призвал он. – Молодожёны сегодня достойны большего внимания.

Генрих и лекарь Гойербарг вышли на улицу и огляделись. Заметив в стороне стог сена под навесом, они направились к нему. Толпившийся у стен собора народ с любопытством и шушуканьем наблюдал за своим господином. «Что-то случилось, ваше сиятельство?» – рискнул поинтересоваться кто-то из мужчин. Но Генрих, не останавливаясь, лишь отрицательно покачал головой в ответ, даже не взглянув на спросившего.

Зайдя под навес, Генрих аккуратно положил Патрицию на сено и по просьбе Гойербарга расстегнул её корсаж. Поток свежего воздуха ворвавшегося в грудь и лёгкое похлопывание лекаря по щекам быстро привели Патрицию в чувство. Она глубоко вздохнула, потом ещё глубже, и открыла глаза.

– Патриция, ты очнулась, – облегчённо выдохнул Генрих. – Как же ты меня напугала.

– Генрих… извини, не знаю с чего это со мной, – тихо проговорила Патриция.

– Ерунда. Не думай об этом.

Патриция приподнялась на локте. Головокружение вроде больше не чувствовалось, и Патриция попробовала сесть. Генрих заботливо поддерживал её. Вдруг раздался громкий колокольный звон.

– Церемония закончилась, – заметила Патриция. – Сейчас Норберт и Герда будут выходить из собора. Иди к ним, Генрих.

– Зачем мне одному возвращаться? – возразил Генрих. – Ты слаба… Я не пойду.

– Иди, ты должен встречать их…

– Вам действительно необходимо быть там, ландграф, – присоединился и лекарь Гойербарг. – Не волнуйтесь, я останусь с ландграфиней и помогу ей.

Генрих и сам понимал, что в данный момент его место рядом с братом, с новой роднёй, да только тяжело было оставлять супругу в таком состоянии.

– Хорошо, – всё же согласился он. – Я пойду. Но скоро вернусь. Ждите меня здесь.

И Генрих направился обратно к собору.