Что я знаю о тебе?

Снег искрился под солнечными лучами, дети катались на ватрушках со склона, и всё вокруг светилось безмятежностью и будто кричало, как в детстве: «Ура! Каникулы!». Хотя на самом деле новогодние праздники уже закончились, а на календаре было 27 января. Жена уговорила Максима выбраться в эти выходные с семьей за город. Цены на домики на базах отдыха уже мирно спустились на землю после новогоднего взлета, погода радовала, и он даже смог взять выходной в воскресенье, которое было рабочим днем в его обычном графике.

Этим утром Максим проснулся поздно, когда жена с детьми уже уходили на завтрак. Он с трудом заставил себя выбраться из постели, борясь с сонливостью, и отправился вслед за ними, но всё же не успел и появился в столовой (язык не поворачивался назвать рестораном это простенькое помещение), когда они уже собирались обратно. Пришлось завтракать в одиночестве. И вот сейчас он сидел за столиком с чашкой кофе и головной болью. Ощущения были, будто с похмелья, хотя он и не пил вчера.

Что это? Старость? Ведь ему всего 38. Или уже. Максим был среднего роста и выглядел на свой возраст, хотя иной раз казалось, что и старше. Среди его черных волос была уже отчетливо видна седина, а морщины в последнее время стали более заметными. Зато за прошедший год с помощью спортзала ему удалось похудеть почти на пятнадцать килограмм, и сейчас его фигура вновь приобрела спортивные черты, хотя до идеала не помешало бы сбросить еще десяток.

Вот Пушкин (беда, никак не идет из головы) до его лет не дожил. Но его знает весь мир. А что Максим оставит в память о себе? Захотелось вернуться в детство. Мороз и солнце… Каникулы, прокатиться с горки на ватрушке, сделанной из старой автомобильной шины. Но в памяти всплыла другая картина. Он стоит в классе и читает наизусть «Зимнее утро». И всё хорошо, нет ни одной ошибки, но учительница всё равно ставит четыре. Она говорит: «Ты прочитал “Пора, красавица, проснись” так, будто Маяковский призывает народ подняться и идти на баррикады, а не как обращение к нежно любимой девушке».

Ему обидно. Но он молча садится за свою парту. И ненавидит и учительницу, и Пушкина. Сколько лет назад это было? Дочка недавно учила, а она в шестом классе. Значит, тогда ему было двенадцать. Вычесть из тридцати восьми… Двадцать шесть лет прошло. У Максима всегда было хорошо с математикой.

Допив кофе, он вышел на улицу.