Персональный миф. Психология в действии

Так что не кори себя и не считай хуже отца только потому, что девушки уходили к более опытному и богатому человеку с такой же внешностью, как у тебя.

– Я на маму похож, – с сожалением сказал Олег.

– Значит, будешь счастливым. Просто эти девушки не были твоими. Да и отцовскими тоже.

– Но Аня с ним до сих пор.

– Вот именно. А откуда ты знаешь, не ждёт ли она этой поездки, чтобы к тебе попытаться вернуться? Вдруг приревнуешь – и женишься.

– И тогда мы с отцом не будем разговаривать всю жизнь, – мрачно пошутил Олег.

 – Уж он-то измену себе не простит.

– Если сам не изменит.

– С вами, что ли?

– Не сомневайся. Не знаю, полюбим ли мы друг друга, но увлечь достаточно для секса отпетого бабника очень легко.

Олег посмотрел на Ирину, внимательно её рассматривая.

Глаза серо-голубые, светлые. Морщин ещё мало, и лицо «не поплыло». Нос маленький и чуть вздёрнутый. Губы пухлые и словно треснувшие посредине. Видно, что были какие-то операции или процедуры. Большая и красивая грудь, вроде естественная.

– Только не надо так меня рассматривать. Внешность ещё не всё.

– А что – всё?

– Поймёшь: гипнотичность. Что это – поймёшь, когда дочитаешь эту книгу. Ведь и пишу я её для того, чтобы описать свои наблюдения за поведением и свойствами характеров людей в любви и в работе. И соотнести с существующими теориями в психологии и выдвинуть свои.

Одна из них – бытовой гипноз, кодирование – вещь повсеместная, распространённая. И, вполне возможно, умение это свойственно всем.

– Даже так? Я опять заинтригован. Продолжаю читать. Жаль, что до сексуальных сцен ещё далеко – мы же ещё на стадии детства.

– Как раз следующая сцена – сексуальная. Даже связана с извращением. Точнее, с онанизмом.

Глава пятая

Олег так и остался сидеть с приоткрытым от удивления ртом, пока искал нужную страницу в тексте «Персонального мифа». И начал читать с некой опаской в голосе:

«Все современные любовные романы основаны на том, что детей похищают педофилы.

Но считается, что в СССР такого не было. Между тем однажды во время игры в прятки я сидела за кустом, стараясь, чтоб меня не заметили. В это время мне зажал рот ладонью кто-то сзади и втащил в находящийся на улице общественный туалет – деревянный, с дыркой посредине. Худой, издёрганный мужик отпустил меня, оторопевшую, на дырку в туалете, сам нервно сорвал штаны вместе с трусами и затряс у меня перед глазами своей вялой пиписькой. Ко мне он больше не прикасался.