Три желания для художника

А все этот рыжий идиот виноват!

Я мрачно зыркнула на братца и, поправив чуть съехавшую с одного плеча блузу, пригладила волосы и опасливо отошла подальше.

– Быть все время взрослыми и степенными скучно. – А вот Шейран не впечатлился словами Лео. Вместо этого просто протянул свободную руку: – Кстати, приятно познакомиться. Спасибо, что присматриваешь за нашей сестренкой.

Я, честно говоря, думала, что Лео проигнорирует руку, но он, внимательно посмотрев на моего братца, крепко ее пожал:

– Взаимно. Но справедливости ради, я за ней не присматриваю.

Она сама по себе, я сам по себе.

– Значит, только работа? – Шейри сразу поскучнел. – Шая, Шая… А я так надеялся, что, может, в этом году тебя замуж спихнем…

Все, достал.

– Леонард, погоди минутку, пожалуйста, – нежно улыбнулась я художнику, крепко взяв братца за локоть. – Я своему рыжему родственнику два слова скажу, и пойдем дальше.

– Надеюсь, он после этих двух слов целым останется? – развеселился тот.

– Как получится, – процедила я, силой утаскивая Шейрана в сторону.

С трудом, но мне удалось донести до брата, что он мне все портит. Шейри очень удивился моему заявлению, что Лео терпеть не может джиннов, ведь агрессии он вообще не показывал. Я самодовольно списала это на свое позитивное влияние. Правда, пришлось немного попотеть, чтобы, не выдавая подробностей, пояснить, что я делаю в Ольмейре и как получила работу. Версия, которую я преподнесла родителям, с Шейраном не прокатила бы, потому что в бескорыстного Хайлара мой рыжий братец верил примерно так же, как и в Новогоднего духа, приносящего подарки.

Так что я вынуждена была изворачиваться и вдохновенно врать на тему острой необходимости добиться выполнения контракта с Лео для моего недожениха. Судя по недоверчивому лицу, Шейри все же сомневался в правдивости моей истории, но давить на меня не стал.

– Я только надеюсь, что ты соображаешь, во что ввязываешься, – как никогда серьезно сказал Шейран. – И еще надеюсь, что ты помнишь – мы всегда на твоей стороне.

Если нужна помощь – сразу зови. Мы тут все разнесем, но тебя выручим.

И потом десять лет мне будут это вспоминать. Спасибо, перебьюсь.

Но вслух я, конечно же, этого не сказала. Нет, я знала, что братья меня любят, беспокоятся обо мне и, разумеется, по первому же зову придут на помощь. Но отношение как к маленькой несмышленой девочке откровенно достало. Даже со стороны Шейрана, который всего-то на десять минут старше! Ну нет, с этим я справлюсь сама.