Спасти нельзя оставить. Сбежавшая невеста

– До предместий Гайртона не более суток, – выслушав ее, кивнул Эгрис. – Мы успели переместиться в свободные земли. А ехать можно как захочешь, и вдвоем, и втроем, и всем вместе.

– Если ехать вдвоем, то с кем?

– Со мной или с Джарвисом. Второй уведет Сандию в Гайртон.

– Тогда я поеду с мастером Джаром, – почти мгновенно решила беглянка. – Незачем Санди из-за меня трястись в коляске. Она и так натерпелась.

– Как пожелаешь, – согласился магистр.

Леа расслышала в его голосе разочарование, но сделала вид, будто ничего не замечает.

– Тогда собирайся и выходи, коляска ждет, – снова становясь уверенным главарем, скомандовал Борода и первым поднялся из-за стола.

– Зря ты меня не взяла, – огорченно вздыхала знахарка, укладывая дорожную суму для «племянницы». – Джар будет править, а тебе и словом перекинуться не с кем.

– Мне не впервой, – успокоила ее Леа, – а тебе нужно отдохнуть. Как я понимаю, странный пожар задел всех, кроме меня.

– Магистров тоже не задел, – виновато глянула Санди, – у них мощные защитные амулеты.

Да и мой неплох, но загорелось платье. Маги спорили… – она оглянулась и перешла на шепот, – откуда у тебя такая сильная защита и защита ли это, но так ни до чего и не договорились.

Она смолкла, предоставив Леаттии самой додумывать возможные варианты, и понесла суму к выходу.

– Провожу вас.

Леа побрела за ней, пытаясь припомнить собственные чувства и разобраться в смутных подозрениях, уже догадываясь, как неспроста о некоторых вещах мать всегда говорила едва слышно, короткими намеками и лишь где-нибудь в глухом уголке сада.

Глава седьмая

За пределами шатра было пасмурно и ветрено, неслись по небу стада темных облаков и шумели вдоль дороги цветущие каштаны. Водоем, в котором Леа пришла в себя, уже исчез, и на его месте стояло нечто настолько несуразное, что назвать это коляской у девушки никогда бы не повернулся язык.

Довольно приземистое деревянное сооружение больше всего походило на огромную черепаху с колесами вместо ног.

На ее горбом выгнутой спине примостились два совершенно не подходящих повозке предмета: широкая жестяная труба, какие стоят в коптильнях, и перед ней мачта с обвисшим серым парусом, в котором Леа наконец узнала ту тряпку, с которой так носился Джарвис. И бывшую поочередно то его плащом, то мешком, то парусом на ялике.

А вот лошадей или оленей, обычных в северных странах, возле странной повозки не было, но гадать, кто ее потащит, графине не пришлось.