Назначаешься принцем. Принцы на задании

С явно просвечивающим сквозь усталость самодовольством.

Ученик вздрогнул всем телом, отчетливо вспомнив изведанные муки, и рванулся. Да так резко, что едва не пропахал носом пол до самого камина. Ремни, привязывающие его к зловещему креслу, бесследно исчезли.

– Что ты со мной сделал, гад?! – просипел он пересохшим ртом, хватая стоящую у стены кочергу.

– Можешь посмотреть! – бесстрашно хмыкнул Хабер, кивая в сторону зеркала.

Не выпуская из рук массивный кованый инструмент, Танио недоверчиво развернулся в указанном направлении.

И взвыл от боли, выронив тяжеленную железяку прямо на собственную ногу. Да и как тут не уронить, если в зеркале сначала грозно взмахнул кочергой, а потом, охая, запрыгал на одной ножке совершенно чужой парень!

В таком знакомом шикарном черном кожаном костюме и белоснежной рубахе. И в богато украшенных серебром поясе и сапожках. А входящие в комплект плащ и шляпа, висящие на рогатой вешалке, виднелись в зеркале у него за спиной.

Танио перестал прыгать и стонать и сделал осторожный шажок к странному отражению. Парень в зеркале сделал то же самое. Ученик поднял руку и коснулся волос. Незнакомец в зеркале в точности повторил его жест.

Но это не могло быть правдой! Танио всегда знал, что смазлив, и умел этим пользоваться, но тот, кто смотрел на него из посеребренного стекла, был не просто смазлив, а действительно красив. И не какой-то неяркой красотой, а чертовски, завораживающе прекрасен! Но совершенно не похож на Танио.

Волосы ученика едва достигали плеч, а у незнакомца была пышная, чуть вьющаяся русая грива до лопаток. Нос прямее и тоньше, с породистой горбинкой. Черные шелковистые брови ровнее и выше, слегка изломаны посредине и почти срослись на переносице. Ресницы густы и длинны, как у девицы, большие глаза не просто серые, а серо-зеленые, с темным ободком вокруг радужки, и оттого кажутся необычайно глубокими и яркими. Твердо очерченные крутым изгибом губы приоткрыты в изумлении.

– Это… к-кто?!.. – запинаясь, просипел Танио, и в унисон с его вопросом шевельнулись красивые губы незнакомца за стеклом.

– Это ты! – довольно хохотнул Хабер. – Вот, выпей-ка водицы с мятным сиропом. Хоть я и заклеивал тебе рот заклинанием, все равно сдуру чуть голос не сорвал.

– Так ведь больно-то как было! – с содроганием вспомнил пережитый ужас бывший ученик.

– А ты как хотел! – возмутился чародей.