Свадьба отменяется. Осада

И вообще, он волен уходить когда захочет и куда захочет и не обязан докладывать Милли обо всех своих намерениях.

– Пещерка готова. – Подошедший с сообщением Азарил помешал Милли прочесть секретарю задуманную нотацию, а через минуту было поздно.

Лорд с такой учтивой заботой помог девушке подняться, отрясти от песка подол её простого платья и, бережно поддерживая, отвёл к устроенному северянами убежищу, что выговор за грубое преследование был бы в этот момент совершенно несправедлив и неуместен.

Сейчас поведение лорда заслуживало только кучи благодарственных слов.

Если бы ещё не светившееся в его глазах откровенное восхищение и нежность, слишком явное, чтобы этого не заметили все окружающие!

Едва представив, как они с секретарём выглядят со стороны, магиня пришла в необычное смятение и не могла и рта раскрыть, догадываясь, как неверно будет истолкована присутствующими любая её фраза. Вежливость примут за проявление ответных чувств, резкость – за глупый каприз… нет, лучше всё же смолчать.

Оставшись наедине с новыми подругами за густым занавесом ежевичных стеблей, Милли с нескрываемым облегчением выдохнула; внезапный интерес лорда Кайда тревожил намного сильнее, чем назойливые ухаживания целой толпы гвардейцев. Мельком оглядев глинистые стенки тесной ниши, заботливо выровненный и застланный травой пол, девушка обессиленно опустилась на расстеленные внимательным секретарём камзолы, отобранные им у мужчин.

Хотелось попробовать спокойно обдумать, каким способом можно вежливо, но непреклонно сообщить свалившемуся на её голову настойчивому поклоннику о своём нежелании принимать его ухаживания?!

– Ну, подруга, поздравляю, – с затаённой завистью выдохнула Церцилия, скользнувшая в нишу последней, – красавчик секретарь попался, как муха в мёд. Не могу понять, какие особые прелести он в тебе рассмотрел, только других девушек теперь и в упор не видит.

– Да, это верно, – неожиданно вступила в разговор молчаливая Тайлихон, – надёжный мужчина… повезло тебе.

– Это тебе повезло! – вспыхнула рассердившаяся Милли. – Вышла замуж за отпрыска одной из самых знатных семей Лурдении, почти принца, и сидит тихо, как мышка.

– Да, мой Даннак очень хорош, – гордо вздёрнула носик ханшалли, – но мы не про него сейчас говорим! А про лорда Кайда… он по-настоящему тебя выбрал, сердцем… а не умом.