Тайна зеркала

– Устал, спина болит, – отлично понимая, насколько его заявление противоречит понятиям о воинской чести у этих плечистых и мускулистых мужчин, откровенно признался Стан, даже не надеясь на чудо.

Но хоть попробовать стоило?!

– Вот хлопну тебя раза три по заднице за трусость, и закончим, – презрительно скривился младший отпрыск, сорвав этим заявлением с десяток одобрительных выкриков.

Только одно порадовало парня: кричала в основном молодёжь, те же, кто постарше, мерили его задумчивыми взглядами.

– Согласен, до трёх ударов, – моментально поймал соперника на слове Стан, заслужив чуть насмешливый, но явно одобрительный взгляд его отца.

– Принимается, – объявил комендант, – бой продолжится до тех пор, пока один из бойцов не получит три удара.

– По заднице, – упрямо повторил мальчишка, вызывая в Стане весёлый азарт.

– Как тебе угодно, – с притворной покорностью склонил он голову, не спуская изучающего взгляда с соперника, демонстративно помахивающего тупым учебным мечом.

И внезапно начал подозревать, как сильно влип.

Ну, или почти влип. Вовсе не был парнем этот подтянутый юнец в нарочито длинной, почти до колен, курточке и широковатых, словно купленных на вырост штанах, заправленных в мягкие сапожки.

Теперь, когда Стан понял основное, все прочие детали быстро и гармонично сложились в единую картинку.

Они специально так её одевают, эту девчонку, в будто бы оставшиеся от старшего брата вещи. И волосы тоже специально стригут коротко, по плечи. А по лицу, наполовину скрытому кожаной полумаской, понять ничего не возможно – у совсем молодых парней частенько бывают такие округлые, без щетинки, подбородки.

Однако Косте пока было не до рассуждений, зачем почти всемогущему господину коменданту понадобилось маскировать девчонку. Сейчас более важным стало другое, как провести бой и ни разу не применить болевой приём, на который он надеялся, когда обдумывал предстоящий поединок, сидя в каморке.

При мысли о кладовой, где остались его новые подопечные, в мозгу Стана снова шевельнулась странная тревога, и он невольно заторопился.

Бархатные малыши всего за полчаса без помощи всяких мечей и грозных железяк бесповоротно взяли в плен его сердце.

– Я готов, – объявил землянин, вставая в боевую стойку, и пожалел только об отсутствии пояса и невозможности разуться.

Босые ноги – это вовсе не дань традиции, как думают зрители. Это дополнительная защита, возможность загодя ощутить предательскую неровность почвы или край ловушки.