Ученица

Последний из пришедших, устроившийся за спиной девушки на перилах веранды, пока помалкивал, но магическим зрением Эми видела нечто вроде сети, постепенно выползающей у него из рук. И почему-то пленнице не хотелось ждать момента, когда эта сеть полетит в нее.

– От может так думать, – согласилась она и двинула рукой, словно обмахиваясь. – Как все-же душно.

Невидимая лапа ее защитного кокона, бывшая в несколько раз больше собственных рук Эми, смела сидевшего на перилах легко, как шляпку, и он рухнул в росшие под верандой розовые кусты.

А в следующий миг оттуда донесся истошный крик и яростная матросская ругань.

– Ах ты маленькая дрянь, – мгновенно сообразил в чем дело, Чархан, – еще и нападать вздумала?

– Нет, только защищаться, – успела сказать Миэль.

В следующий миг они набросились на нее все разом, нимало не заботясь о здоровье или целости пленницы. Видимо наказывать тут привыкли безо всяких снисхождений.

Рой раскаленных искр сорвался с жезла, выхваченного Чарханом, мощный удар градом прилетел от соседа слева, а справа навалилась удушающая волна раскаяния. И не будь Эми под защитой кокона, она уже ползла бы туда на коленях, мечтая облизать руки оборотня, пославшего это чувство.

А так ощутила лишь мимолетное желание покаяться и выдохнула облегченно, рассматривая лица остолбеневших врагов, обнаруживших перед собой неведомое чудище. Более всего походившее на помесь огромного паука с ящерицей и с ног до головы покрытое чешуйками цвета закаленной стали, ничуть не уступавшими по крепости металлу.

Крепкие ноги заканчивались когтями в палец длиной, за спиной нервно подрагивал гибкий удавий хвост, голову, щерившуюся двумя рядами мощных клыков, украшала грива длинных, дикобразьих игл. А вот внушительных по размерам когтистых лап было две пары.

И две лапы уже сцапали по оборотню, и крепко прижали к кокону.

Изнутри Эми видела их приплюснутые рожи на расстоянии всего в ладонь, но предпочла потерпеть эту неприятную картинку, вместо того, чтобы отбиваться сразу от четверых. Несмотря на уроки Дейна и мастера, особо опытным бойцом она себя пока не считала.

– Ну гадюка, – ворвался на веранду исцарапанный оборотень, щедро присыпанный розовыми лепестками, – сейчас ты на своей шкуре узнаешь, каково гулять по розам.